Правда (как обычно и бывает с правдой) выглядит довольно неприглядно.
Чем быстрее убегаешь от неприятностей, тем скорее они тебя настигают.
Правда (как обычно и бывает с правдой) выглядит довольно неприглядно.
Когда вообще бывает этот выбор, если не считать редкой возможности в особенно удачный денек сделать выбор между мороженым и тортом?
Мало что в этом мире способно поставить меня в тупик так, как женские слезы. Я понимаю, что обязан что-то сделать, как-то успокоить плачущую даму, сокрушить всякого дракона, вызвавшего этот приступ слез… И в то же время по своему довольно ограниченному опыту общения с женщинами я знаю, что их слезы всегда не вовремя и всегда вызваны совершенно не тем, чем кажется, и, следовательно, способов обращения с ними совсем мало, и все они удивительно глупые, вроде поглаживания по голове и успокоительного бормотания «тише, тише» в надежде, что рано или поздно она сама расскажет, в чем дело.
Никогда не видел особого смысла в самоуничижении — в конце концов, жизнь и без моей помощи с этим неплохо справляется.
Порой опытный исследователь вынужден поверить, что, пожалуй, наткнулся на нечто большее, чем простое совпадение.
Для того, чтобы разговаривать с истеричными людьми (равно как и для большинства обычных ситуаций межличностного общения), не требуется особенной эмпатии. Все дело в технике, ведь это ремесло, а не искусство...
Нас учат необходимости говорить правду, но, по моему опыту, гораздо приятнее, когда тебе скажут то, во что тебе хочется верить. Обычно это далеко не одно и то же, но если тебе придется напороться на горькую правду потом, что ж, такова жизнь.