А за окном февраль, сильный ветер, воскресенье, и почти нет людей на улице, и машины проезжают редко-редко.
И до весны ещё надо дожить.
... страшно сделать первый шаг, первый вдох... Но вот ты шагнул, потом вдохнул — и ничего страшного, ничего особенного.
Но нигде, ни в каком, даже, казалось бы, самом тихом месте, в отдалении от отдалённых покосов, какой-нибудь отдалённой сибирской деревни, нигде невозможно почувствовать себя просто человеком в каком-то просто природно-географическом пространстве. Всё время чувствуется страна, определённая страна, наша страна. И даже если не видеть ничего и никого, идти через поле, без дороги, не иметь при себе никакого средства связи, и вокруг не слышать людей… И нет домов, и даже ни один телеграфный столб, с табличкой на русском языке, или линия электропередачи не нарушает естественности пейзажа и нет в небе белой полоски от самолёта, который намекал бы на век и время… Всё равно, если ты идёшь по этому полю, то это уже не Канада, и даже не Аляска… В том, как ты идёшь, уже чувствуется и видна наша страна.
Ту книжку, которую я когда-то прочёл, не понял и собирался перечитать, теперь уже не перечитаю, и даже не потому, что не будет на это времени, а потому, что не смогу вспомнить, что же я там не понял. И что-то недодуманное когда-то, недочувствованное так и останется там.
И как только пришла мысль, что можно уехать, следующая мысль была, что нужно уехать обязательно.
В сущности, зима только началась, снег пролежит ещё четыре месяца, а Москва уже устала от зимы.
Поэтому сложно представить себе Человека-паука в Венеции, на Монмартре или на Биг-Бене. Равно как и Дракула вряд ли убедительно смотрелся бы летящим над Гудзоном, на фоне знаменитых небоскребов. Он же граф.
Чем ещё, кроме как
печали зимнего уединения
моей лачуги горной
я могу тебя попотчевать сегодня?
это всё моё угощенье...
Птицы на юг улетают,
Город твой замерзает.
Нас с тобой заметает зима, оу-оу-оу-оу.
Руки пахнут простудой,
Или мы друг от друга,
Даже если не вспомнишь, то по радио точно напомнят.
На-на-на.
Нет — снега. На небе белым — бело.
Стихи превращаются в ремесло.
Из мира в отместку ушла зима.
В Исландии Санта сошёл с ума.
На площади — люди. Они молчат.
И молча вдыхают табачный чад.
Правители — лгут
Маргиналы — лгут.
Завинчено время в железный кнут.
Cлайд с цитатой