Я как колючка в саванне, которая может давать аромат друзьям во время цветения, и шипы врагам, когда меня трогают.
Бей врага без милости, покуда оружие в руках держит. Но как только пленным стал — друг он тебе и брат.
Я как колючка в саванне, которая может давать аромат друзьям во время цветения, и шипы врагам, когда меня трогают.
Бей врага без милости, покуда оружие в руках держит. Но как только пленным стал — друг он тебе и брат.
Бузурджмихра спросили:
— Почему друзья легко превращаются во врагов, в то время как враги с большим трудом становятся друзьями?
Он ответил:
— Разрушить дом легче, чем его построить, разбить сосуд проще, чем его починить, истратить деньги легче, чем их приобрести.
– Ну да, – ответил Азирафель, – это-то и хорошо. У тех, кто начинает с самого низа, больше возможностей.
– Идиотизм, – сказал Кроули.
– Нет, – сказал Азирафель. – Непостижимость.
Азирафель. Безусловно, Враг. Но он был врагом уже шесть тысяч лет и уже стал в какой-то степени другом.
Мне снится старый друг,
который стал врагом,
но снится не врагом,
а тем же самым другом.
Всегда лучше когда друзья недоооценивают твои достоинства, а враг преувеличивает недостатки.
(Друг должен недооценивать твои достоинства, а враг — переоценивать твои недостатки).
Значение имеет качество личности, абсолютная цифра, а с каким она знаком — плюсом или минусом — несущественно. Знак можно и переменить. Всякий большой человек — сокровище. А из хорошего врага, если склонить его на свою сторону, может получиться хороший друг.
Sparks fly high when steel meets steel.
And no one can believe,
That these two man are best friends
Not enemies.