— Почему ты все всегда драматизируешь?
— Потому что я очень нервная карманная собачка.
— Почему ты все всегда драматизируешь?
— Потому что я очень нервная карманная собачка.
Ладно. Я сделаю тебе ребенка. Но сначала ты должна выписать мне Викодин. Только тогда я переживу прелюдию.
— По правилам ты должна меня уговаривать...
— А ты по правилам не должен меня слушать. Мы оба прокололись. Давай с начала...
(— Вообще-то, ты должна была меня догонять и упрашивать!
— А ты должен был идти дальше. Мы оба облажались, давай начнем сначала.)
— Я принял решение. Когда я счастлив и люблю тебя, я становлюсь хреновым врачом.
— Замолчи! Не смей рвать отношения в пьяном виде.
— Да, я пьян, но я прав. Из-за тебя я стал хуже как врач, и теперь из-за этого погибнут люди! И ты этого стоишь! И если бы нужно было выбирать между спасением всех и вся и счастьем и любовью к тебе, я бы выбрал тебя! Я выбираю счастье с тобой. Я всегда выберу тебя!
— Я же просила повернуть самолёт. Почему ты меня не послушал? Теперь мы в восьми милях над Арктикой.
— Я сейчас пытаюсь тебя слушать, так что заткнись. Сердце в порядке. Грудь упругая.
— Я отдала это дело доктору Ноллу.
— Доктору Ноллу? Не хочу наговаривать на другого врача... Особенно, если он бесполезный алкаш...
— Будешь отрабатывать и за себя, и за Уилсона!
— Да я могу человека одним пальцем убить!
— Каждый дурак может!
— У моей пациентки вот-вот случится инфаркт, и обширный.
— Очень жаль, потому что у меня билеты на инсульт на третьем этаже.