Злоба давно побеждает на свете,
Странно, что чести есть место.
Слово рождалось в горнилах столетий:
«Честь — это страсти невеста».
Где эти армии мельниц, что пали,
Где эти грозные тени?
Рушатся царства из камня и стали,
Страны, где пили и пели.
Злоба давно побеждает на свете,
Странно, что чести есть место.
Слово рождалось в горнилах столетий:
«Честь — это страсти невеста».
Где эти армии мельниц, что пали,
Где эти грозные тени?
Рушатся царства из камня и стали,
Страны, где пили и пели.
— Знаете, как говорили гностики? — изображая психопата, поинтересовался он, тыча пистолетом ей в спину.
— Н… н… не знаю.
— Мир — не лик Божий, но дьявольский обман.
Знаю, жизнь такая штука... Совершаешь вроде бы малое зло, чтобы потом сделать уйму добра. Но порой зло выходит чертовски злым... А добро... За него приходится платить непомерную цену.
Я потеряла то что любила раньше, я умерла раньше времени.
Вокруг столько ненависти и злобы. Моя жизнь — это бесконечная смерть!!
Если в этике говорится, что добро приводит и ко злу, то так же точно в жизни и печаль родится из радости. И то память о былом блаженстве становится сегодня истязательницей, то оказывается, что причина – счастье, которое могло бы сбыться когда-то.
Вмешиваться в чужую судьбу и судить другого, исходя из собственных представлений о добре и зле – это преступление.
Брать равнозначно злу. Мы с самого момента рождения всегда что-то берем. Еду, связи, даже кровь. Живя на полную, продолжаем резать, убивать, брать. Жизнь — это вечный грех. Жизнь — это само зло.
А жизнь по-своему добра. Она никому не приносит зла намеренно. Люди сами его на себя навлекают — мыслями, поступками они питают зло, делая его сильнее. Зло вырастает и приходит по их души. У каждого – свой собственный час расплаты.