Голос ребенка ничего не значит для тех, кто разучился слышать.
— Мы не можем защитить молодежь от бед. Боль должна прийти и придет.
— И что, мне стоять и безучастно смотреть?
— Нет. Предполагается, что ты обязан научить его не бояться жизни.
Голос ребенка ничего не значит для тех, кто разучился слышать.
— Мы не можем защитить молодежь от бед. Боль должна прийти и придет.
— И что, мне стоять и безучастно смотреть?
— Нет. Предполагается, что ты обязан научить его не бояться жизни.
Возможно, иногда мы и способны рассуждать как взрослые, но, как правило, выдумываем и представляем все себе как дети.
Порицания достойны родители, не желающие воспитывать своих детей в строгих правилах.