Полагаю, если целуешь много задниц, в конце концов целуешь правильную.
— Выглядишь угрюмым!
— Нет, это моё счастливое лицо!
Полагаю, если целуешь много задниц, в конце концов целуешь правильную.
— Алан? Дармоед, живущий у тебя в подвале?
— Эй, многие известные люди начинали в подвале.
— Нет, многие известные люди начинали в гараже. А вот многие серийные убийцы начинали в подвале.
— Тебе не кажется, что я слишком стар для тебя?
— Нет, я люблю антиквариат.
( — Я слишком стар для тебя.
— Нет, я люблю антиквариат. Или стремлюсь к этому.)
— Достали якорный отсек, там больше ничего нет. Бишеп не выжил.
— Даже легенды умирают. Так, якорный отсек, это изолированная камера, для цепи. Прообраз водолазного колокола, отсека заполненного воздухом, что позволяет водолазам нормально дышать под водой без декомпрессии. Да. Башковитый сукин сын. Хитрый ублюдок. Бам. Ты труп.
— Вот, Василий Иванович, мужики сумлеваются: ты за большевиков али за коммунистов?
— Чего?
— Это... Я спрашиваю, вы за большевиков, али за коммунистов?
— Я за Интернационал!
В мире всё должно держаться в равновесии — если на тебя наорали, наступи кому-нибудь на ногу.
Слова — лакмус мыслей. Если вы оказываетесь во власти кого-то, кто хладнокровно употребляет слово «пройдите», уходите оттуда, и как можно скорее; но если говорят «Зайди», то не задерживайтесь, чтобы собрать вещи.
— Твиттер — обширнейшая коллекция испражнений головного мозга.
— Мне больше нравится думать, что я пишу о самоанализе для своих двадцати трех фолловеров.
— Господи, храм-то божий до небес!
— Это не храм божий, это Министерство иностранных дел!