Не забывайте о боли, но и не поддавайтесь гневу.
Всегда же легче справиться с болью, если ты можешь обратить её в гнев, выплеснуть её, если можешь обвинить кого-то, кого угодно, даже тех, кого и винить-то не в чем.
Не забывайте о боли, но и не поддавайтесь гневу.
Всегда же легче справиться с болью, если ты можешь обратить её в гнев, выплеснуть её, если можешь обвинить кого-то, кого угодно, даже тех, кого и винить-то не в чем.
Нельзя жить в скорлупе, и нельзя вечно держать внутри боль, гнев, ярость. Говорят, лучшее средство выплеснуть это из себя — крик, правда, есть риск, что окружающие сочтут тебя за психа.
Она унаследовала невероятную ярость от своих предков. Гнев, который течет по её венам — её наследие. Ужасная боль, которую она перенесла, вызвала это. Стремительная и смертоносная, Дух бесконечно ищет свою месть.
Действия одного человека делают больно другому.
Кому-то становится тяжко от чьих-то слов или поведения.
Чьё-то спонтанное решение становится для кого-то событием.
Чей-то гнев может стоить кому-то жизни.
Нельзя любить в человеке только свет. Каким бы солнечным и прекрасным ни был день, после него неизбежно наступает ночь, но и в ней есть луна и звёзды. Человеческие слабости притягательны. Злость, гнев, обида – они не что иное, как доказательство искренности. Перед нами всегда стоит выбор, как их принять: упрямо доказывать своё или ответить любовью – постараться прикоснуться к сердцу другого человека, почувствовать его боль, попытаться разделить её, взять на себя?
В каждом из нас есть тёмная сторона, ведь мы живые, мы уязвимы друг перед другом. Нужно относиться к ней с благодарностью. Без неё нас ждёт мир, лишённый красоты ночного неба, без неё всякая жизнь – жизнь наполовину.
Разгневанная женщина способна превратить в смертоносное оружие всё, что под руку подвернётся.
Я не чувствовала ничего. Только ужас и нескончаемое чувство вины. Наконец, меня прорвало. Я больше не могла держать в себе все нахлынувшие чувства: страх, боль, отчаяние, ненависть, злость, печаль, вина, безысходность – все слилось единым потоком. Но, несмотря на это, у каждого чувства был свой вкус. Я различала их. Боль – горькая, жгущая мои легкие и горло. Страх – холодный и обволакивающий, как азот. Отчаяние – соленое и теплое, как мои слезы. Ненависть – сухая и горячая. Злость – горькая и перченая, как индийские специи. Печаль – кислая, как лимонный сок. Вина – тяжелая топкая и глубокая, как оскома, вяжущая во рту. Безысходность – прозрачная и прохладная, как дым от сигарет или туман, окутывающий тебя, от нее не укрыться, она обволакивает все тело. И тогда скулы начинает сводить от ужаса. Я опустела. Все вырвалось наружу вместе с неистовым воплем...
Но, может быть, мы никогда не владеем кем-то. Возможно, независимо от того насколько ты любишь их, они могут ускользнуть как вода, и не было ничего, что можно поделать с этим. Она поняла, почему люди говорили о сердцах «разбитое»; она чувствовала, как будто ее было сделано из треснувшего стекла, и осколки походили на крошечные ножи в ее груди, когда она дышала. Представить свою жизнь без него, говорила Королева Благого двора…