Хафиз Ширази

Быть хочешь умным — прихоти забудь:

Все прихоти — ничтожная забава.

Уж если жить мечтой какой-нибудь,

Мечтай найти покой душевный, право!

У всех мирских забот — пустая суть:

Всё в этом мире суетно, лукаво.

Нам всем дано последним сном уснуть -

О, если б добрая нас ожидала слава!

0.00

Другие цитаты по теме

Неразумная душа некогда заперла себя в оболочку из плоти и крови и теперь вынуждена рождаться и умирать в иллюзорном мире. Но мы лишь воображаем, что рождаемся и умираем. На самом деле, это иллюзия. Чем Беркли хуже Дарвина? Не ум в мире, а мир в уме. Всё основано на сознании. Если нет идеи предмета, а идея – это атрибут сознания, то нет и предмета. В конце концов, все несчастья существуют лишь в уме.

Жизнь такова, что люди губят друг друга порой, даже не осознавая этого, и пока человечество правит этой землёй — будет жить и ненависть. Сей бренный мир сам собой отвергает истинный мир.

Умный всё замечает. Глупец обо всём делает замечание.

Люди живут, движимые своими желаниями. Без желаний нет жизни. Все, что они делают, они делают ради определённых, желанных целей. Они хотят удовольствий, любви, знаний, денег, славы. И им кажется, что в их жизни есть смысл. Но какой? Ответа нет. Есть лишь желания, и это дает человеку силы жить.

Самоубийца именно потому и перестает жить, что не может перестать хотеть.

Первый признак высокого ума есть снисходительность.

В конце концов, я, как и Джек Безариус, всего лишь человек. И для каждого человека мир — это он сам. Я, следуя своим желаниям, сделал все это, чтобы оживить свой мир. Разве ты не такой же?

Если боги хотят наказать человека, они исполняют его желания.

Другой вариант:

Когда боги хотят наказать нас, они отвечают на наши молитвы.

Кто может сказать, единственное ли то устройство мира, в котором мы существуем? Оно предстает данностью, но, может, это нечто текучее, приобретающее ту форму, которую ему создает человек? Стереотипы предписывают поведение и даже мысли, те создают путь, по которому мчится жизнь. В этой данности у женщины есть десять, пятнадцать, ну даже двадцать лет ощущения себя женщиной, а потом все катится вниз, с каждым годом только отбирая что-то, ничего не давая взамен. Но путь мог бы быть и другим, а с ним – и устройство мира. Бесконечность смены красок, страстей, фантазий, набирающих силу с каждым годом, наполняющие жизнь женщины новыми ощущениями. Из них можно мять, лепить, менять и сам мир, выбрасывать из него отжившее, как хлам из кладовки.