— Ты правда считаешь, что это Пламенный меч? Я думал Отец уничтожил его, чтобы я его не применил.
— Отец сказал, что уничтожил.
— Но Он просто спрятал его на видном месте.
— Но он такой маленький и такой не пламенный?..
— Это потому что только ты, лучезарный мой, можешь его зажечь.
— И мне, что, облить его виски и бросить спичку?
— Сейчас у нас есть проблема поважнее — выяснять, не тратит ли мама наше время.
— Раз она уверена, что ее клиент нашел еще фрагмент меча, то и я тоже.
— О, какой преданный сын! Но мама не так хорошо адаптировалась, возможно, этот хрен ее обманывает. Я должен удостовериться.
— Все с ней нормально.
— Это же не деньги?..
— Конечно, нет. Она бы не принесла их на встречу.
— Конечно, нет, это было бы абсурдно.
— Она их ему показывает, она же не вручит их до того, как он отдаст ей... фрагмент... Замечательно!
— Почему ваш фургон стоял вчера возле заброшенного склада в Игл-Роке?
— Я думаю, вы ошибаетесь, мы и близко там не были.
— Ну...
— О, нет, Игл-Рок... Не говори, что ты опять сошлась с Фредом. Ты же бросила этого гада.
— Да, а потом встретила его в смузи-кафе.
— Прекрасно понимаю, что может быть упоительнее жижи из манго. Алиби имеется, так что вы тут тусите с трупиком, а мы пошли.
— Ну, все, готов?.. Я не могу, давай ты!
— Нет-нет-нет, ты убиваешь, я возвращаю.
— Но ты врач!
— А ты демон из ада!
— Да, Господи Боже! [Бьет себя дефибриллятором]
— Аминодиль, как дела, здоровяк?
— Тебя просят вернуться в потусторонний мир.
— Ой, сейчас, секунду. Позволь мне глянуть на расписание. Так, свободные даты: «никогда» и «даже не надейся». Вам подходит?
— Мне кажется, или самая умелая истязательница ада, только что подложила ему подушку?
— Не кажется.
— Ясно. Значит, это правда. Он сломал мою Мэйз.
— Я никогда... никогда... никогда не пересплю с тобой. Никогда. Понял?
— Играешь недотрогу? Мне нравится.
— Когда Ад замерзнет, Люцифер.
— Я могу это устроить, кстати.
— Боишься узнать правду?
— Я боюсь только возможного количества венерических болячек в твоем анализе.
— Очень смешно.
— Люцифер, я хотела поговорить с тобой о крыльях.
— Они опять вылезли?
— Значит, они отрастают?
— Выросли. Сегодня утром. Сволочи тихушные.
— Тело подкинули и оно странное. И не потому, что голова обрита и поджарена во фритюре, этому бедняге все тело кто-то побрил.
— Ну, может у убийцы хаэтофобия — боязнь волос. В аду с такими весело, постоянно играемся с париками.
Cлайд с цитатой