Ослеплённому ненавистью не виден свет истины.
Любовь и голод движут миром!
Ослеплённому ненавистью не виден свет истины.
Недаром сотни лет назад, и к тому же опытным путем, установлено, что много пить вредно, а мало – неинтересно.
Беда всегда ходит рядом с нами, стоит лишь по неосторожности или по неведению приоткрыть дверь и впустить её в свой дом. Счастье же, наоборот, капризно и труднодостижимо, и далеко не у каждого хватит мудрости и терпения, достаточного для привлечения столь редкого гостя. Беда приходит незваной, вольготно располагается на хозяйском месте, и потом ее трудно уже остановить или выгнать. Счастье напоминает экзотический цветок, привередливый и хрупкий, взращиваемый старанием и благоразумием.
... Власть рано или поздно оборачивается против своего носителя, превращая его в раба догм и условностей.
... И приходит мысль невольно
В череде безликих дней,
Что любить — ужасно больно...
Не любить — ещё больней...
Самое страшное чувство, которое только можно испытать в жизни – это надежда. Ланс давно постиг эту парадоксальную истину. Надежда, в отличие от своих единоутробных сестер – веры и любви, необычайно живуча, и обычно умирает последней. Стенает, корчится под настигающими её ударами судьбы, но продолжает из последних сил цепляться за существование, дышать, вздрагивать и харкать кровью. Надежда – конечный, бесплотный, вымученный шанс страдающей души. Живучая, как и все бастарды. Надежда – ложный свет несбыточных желаний, единственная путеводная нить. Жажда любви, вера в справедливость, желание мести, поиск смысла жизни, всё это называется одним коротким словом: надежда.
Принца, понимаешь ли, можно всю жизнь искать, а мужчина – он женщине каждый день нужен.