Что ж это я такая ненужная никому! Лишняя всем! Пропаду ведь я! Сгину!
— Хэппи бёздэй ту ю.
— Странный выбор песни.
Что ж это я такая ненужная никому! Лишняя всем! Пропаду ведь я! Сгину!
— У меня случались запои. Я дважды побывал в дурдоме. Я храплю по ночам. Грызу ногти. Все мои бывшие женщины облегченно вздыхают, когда расстаются со мной. Я ненавижу влажные простыни. Не переношу плохо прожаренное мясо...
— И ещё вам пора в третий раз в дурдом, если вы ещё не заметили, что я люблю вас... у вас сигарета дымится... я затушу.
— Послушайте хоть как я пою, а?
— Пусть поёт, а то она не уйдёт никогда.
— Пой, только быстро.
— А я, кстати, могу подыграть себе.
— Умеешь?
— Умею. Мама мне в восьмом классе пианино купила, корову продала.
— Мать ради карьеры дочери распродала весь рогатый скот.
Вот ты, вот я -
В прошлом дружная семья.
Всё, что было, вдруг уплыло -
Вот и вся история.
Ты пойдёшь налево,
А может быть, пойдёшь направо.
Ты ведь королева,
Ты имеешь право
На любой ход.
Под белым полотном бесплотного тумана,
Воскресная тоска справляет Рождество;
Но эта белизна осенняя обманна -
На ней ещё красней кровь сердца моего.
Ему куда больней от этого контраста -
Оно кровоточит наперекор бинтам.
Как сердце исцелить? Зачем оно так часто
Счастливым хочет быть — хоть по воскресным дням?
Каким его тоску развеять дуновеньем?
Как ниспослать ему всю эту благодать -
И оживить его биенье за биеньем
И нить за нитью бинт проклятый разорвать?
Прошло десять лет. Начинаешь забывать то, что следует помнить. И никак не можешь забыть то, чего не стоит вспоминать. Сила всегда была на нашей стороне, но теперь это не так. Всё, что у нас есть, — это мы сами. Мы — Призраки, сражающиеся за то, чего не убить. Солдаты сражаются с врагами. Призраки же — охотятся. Мы — всё, что у нас осталось.
Эти стихи, наверное, последние,
Человек имеет право перед смертью высказаться,
Поэтому мне ничего больше не совестно.