Что ж это я такая ненужная никому! Лишняя всем! Пропаду ведь я! Сгину!
— Хэппи бёздэй ту ю.
— Странный выбор песни.
Что ж это я такая ненужная никому! Лишняя всем! Пропаду ведь я! Сгину!
— У меня случались запои. Я дважды побывал в дурдоме. Я храплю по ночам. Грызу ногти. Все мои бывшие женщины облегченно вздыхают, когда расстаются со мной. Я ненавижу влажные простыни. Не переношу плохо прожаренное мясо...
— И ещё вам пора в третий раз в дурдом, если вы ещё не заметили, что я люблю вас... у вас сигарета дымится... я затушу.
— Послушайте хоть как я пою, а?
— Пусть поёт, а то она не уйдёт никогда.
— Пой, только быстро.
— А я, кстати, могу подыграть себе.
— Умеешь?
— Умею. Мама мне в восьмом классе пианино купила, корову продала.
— Мать ради карьеры дочери распродала весь рогатый скот.
Вот ты, вот я -
В прошлом дружная семья.
Всё, что было, вдруг уплыло -
Вот и вся история.
Ты пойдёшь налево,
А может быть, пойдёшь направо.
Ты ведь королева,
Ты имеешь право
На любой ход.
— Джокер выбрал меня!
— Потому что ты был лучшим из нас. Он хотел всем доказать, что даже самые хорошие люди, как ты, могут пасть.
— И он был прав.
Под белым полотном бесплотного тумана,
Воскресная тоска справляет Рождество;
Но эта белизна осенняя обманна -
На ней ещё красней кровь сердца моего.
Ему куда больней от этого контраста -
Оно кровоточит наперекор бинтам.
Как сердце исцелить? Зачем оно так часто
Счастливым хочет быть — хоть по воскресным дням?
Каким его тоску развеять дуновеньем?
Как ниспослать ему всю эту благодать -
И оживить его биенье за биеньем
И нить за нитью бинт проклятый разорвать?
Эти стихи, наверное, последние,
Человек имеет право перед смертью высказаться,
Поэтому мне ничего больше не совестно.
После Гоголя, Некрасова и Щедрина совершенно невозможен никакой энтузиазм в России. Мог быть только энтузиазм к разрушению России. Да, если вы станете, захлёбываясь в восторге, цитировать на каждом шагу гнусные типы и прибауточки Щедрина и ругать каждого служащего человека на Руси, в родине, — да и всей ей предрекать провал и проклятие на каждом месте и в каждом часе, то вас тогда назовут «идеалистом-писателем», который пишет «кровью сердца и соком нервов»... Что делать в этом бедламе, как не... скрестив руки — смотреть и ждать.