Настоящий писатель не только развлекает публику, но и наставляет ее; в отместку публика, читая его книги, деньги платит издателю.
Настоящий писатель лучше читателя знает, что тому надо.
Настоящий писатель не только развлекает публику, но и наставляет ее; в отместку публика, читая его книги, деньги платит издателю.
Писатель подобен усердному грибнику, прилежно собирающему грибы Мыслей и ягоды Образов в плетеную корзину Слов; а литературный критик крадется следом и подбирает то, что просыпается сквозь ее прутья.
Как создается книга? Писатель крадет мысли своих читателей, а затем тушит их под соусом Личных Пристрастий.
Современному писателю, наряду в вопросительным и восклицательным, необходим еще один знак: унывательный.
Читательская фигура должна стоять перед лицом писателя и за спиной издателя — но ни в коем случае не наоборот.
Ремесло писателя исключительно неблагодарно: только смахнешь пыль со слова — и оно уже мчится в пространство, начисто забыв про автора.
Я предпочитаю огульную критику — тогда мой оценщик ходит вокруг да около моей Поляны Творчества, хотя бы не вторгаясь на нее своими ножищами.
— Расскажи нам, что такое Путь, — попросили ученики Ходжу Насреддина.
Ходжа сказал:
— Вначале человек идет, не смотря себе под ноги; но однажды он спотыкается о камень, на котором написано: Жизненный Путь, и обнаруживает, что действительно идет по дороге.
Пройдя по Жизненному Пути некоторое расстояние и заглядевшись на пролетающую мимо ворону, человек падает, а поднявшись, видит придорожный камень, на котором написано: Религиозный Путь.
Тут человека осеняет, что он упал потому, что Бог поставил ему подножку, и начинает этого Бога искать. Бог упорно скрывается, но следы Его присутствия становятся все яснее и ощутимее.
А дорога постепенно оживает и начинает двигаться навстречу человеку: сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее, пока вовсе не исчезает из виду.