— Хватит игр. Поможет ли это остановить проклятие?
— Остановить? Нет, дорогуша. Ничто не сможет остановить его.
— Хватит игр. Поможет ли это остановить проклятие?
— Остановить? Нет, дорогуша. Ничто не сможет остановить его.
— Куда труднее понять и осознать другое, почему я его не убил?
— Не потому что простил или мало старался. Мы зарыли топор войны.
— «язвительный смех». Странно, что не на твоей могилке.
Хитрая штука эта магия. Она ведь не исчезает бесследно. Перерождается в нечто иное. Магия живуча.
— Встреча твоя с сыном состоится, и устроит ее тот, на кого не подумаешь.
— Кто?
— Мальчик. Тебя приведет к нему мальчик. Но, берегись, тот мальчик — посланник судьбы. Он даст тебе то, что ты ищешь, но дорогою ценой. Он же тебя и погубит.
— Так я убью его первым.
– После всего, что я сделала… я действительно не заслуживаю любви.
– Видишь ли, я привык думать так же. А потом я понял, что прятаться за чувство вины – это решение труса.
— Что ты знаешь о любви?
— Гораздо меньше тебя, пожалуй, но больше, чем полагаешь ты...
— Ты!? Ты любил кого-то?
— То был краткий проблеск света в бескрайнем океане мглы.
— И чем кончилось?
— Смертью... В том-то и фокус любви, что она утекает сквозь пальцы.
Это сказал тебе Киллиан Джонс. Твой влюбленный щенок. Этот человек умер в тот момент, как ты обратила его в Темного.
— Я решил, Нил, и сушу весла. Я подумал, что семья может воссоединиться, если на их пути не будет стоять чертовски обаятельный пират.
— Крюк, ты серьезно?
— Да, я чертовски обаятелен.
— Самое прекрасное, что есть в мире — любовь — ты превратил в оружие.
— Любовь и есть оружие. Всегда им было и будет, только мало кто им владеет.