Ученик жаловался на то, что Мастер просто уничтожает все его убеждения.
— Я поджигаю храм твоих убеждений. Когда он будет разрушен, ты увидишь огромное, необъятное небо.
Ученик жаловался на то, что Мастер просто уничтожает все его убеждения.
— Я поджигаю храм твоих убеждений. Когда он будет разрушен, ты увидишь огромное, необъятное небо.
Люди убивают из-за денег и власти. Но самые безжалостные убийцы — те, кто убивает за идею.
Мастер сказал:
— Когда ребенок находится в чреве матери, он молчит. Затем он появляется на свет — и говорит, говорит, говорит, пока однажды не оказывается в чреве земли. Тогда человек вновь умолкает.
Поймай эту тишину — она была в материнском лоне, она будет в лоне земли, и даже сейчас она определяет тот шум, который именуется жизнью.
Эта тишина — твое глубочайшее естество.
Никто не скажет, что она вас любит, если ей нужны ваши деньги. Но разве это любовь, если она хочет только вас?
Любовь и страх – единственное, что есть в мире. Страх – единственное зло на земле; любовь – единственно доброе начало. У любви много имен: счастье, свобода, мир, радость, Бог... Название не имеет значения. И нет на земле такого зла, в основе которого не лежал бы страх. Такого зла нет.
В жизни есть только два вида горя: не получить то, к чему стремишься, и заполучить это.
Муж: — Я буду много работать, и настанет день, когда будем богатыми.
Жена: — Мы уже богаты, дорогой, поскольку у меня есть ты, а у тебя есть я. Может быть настанет день когда у нас будут и деньги.
Но что я действительно вижу, так это то, что вы хотите быть востребованным. Хотите, чтобы вам аплодировали, хотите быть привлекательным и смотреть, как увиваются за вами никчемные мартышки. Вы прожигаете жизнь. Проснитесь! Всё это вам не нужно. Сказочно счастливым можно быть и без всего этого. Общество оценивает мои слова негативно, поскольку всякий, кто способен их понять, испытывает дикий ужас. Как управлять таким человеком? В вас он совершенно не нуждается, на упреки не реагирует; ему всё равно, что вы о нём говорите или думаете. Он полностью свободен; он перестал быть марионеткой. И это ужасно. Значит, от него надо избавиться. Он говорит правду; он перестал бояться и перестал быть человеком. Человеком! Вот оно! Наконец заговорили о человеке! Человек вырвался из рабства, вырвался из тюрьмы.