Сила в моих руках — о ней только и пою...
Оставляю тень всегда позади себя...
Сила в моих руках — о ней только и пою...
О ты, кто исполнен знанья, о ты, чья сильна рука, —
Грешишь, когда угнетаешь бессильного бедняка.
Страшись! Пожалей упавших — иль помни: коль в черный час
Ты в яму падешь, то люди не кинут тебе мостка.
Ты попусту не надейся, на благо не уповай,
Коль злое посеял семя — благого не жди ростка.
Из уха ты вырви вату, ко всем справедливым стань.
Не станешь — есть день возмездья, расплата за все близка.
Мы знаем, что ныне лежит на весах, и что совершается ныне. Час мужества пробил на наших часах, и мужество нас не покинет.
Что бы вы не могли сделать или о чем бы вы не мечтали — приступайте. В дерзости есть гений, и сила, и волшебство. Приступайте немедленно!
Я знаю, что совсем не так смела, как девушка из моих снов, но мне хочется верить, что часть ее живет и во мне… живет в каждой из нас.
Сохраняйте ясность ума, чтобы признавать то, что вам не под силу изменить, смелость, чтобы изменить то, что вам под силу, и мудрость, чтобы видеть разницу между первым и вторым.
В своей полемике против христианства Ницше поразительно «мелко плавает», и его претензия на значение '»антихриста» была бы в высокой степени комична, если бы не кончилась такою трагедией. Культ натуральной силы и красоты не есть прямая противоположность христианства, и упраздняется он не этою религией, а сам собою, своею очевидною несостоятельностью. Христианство вовсе не отрицает силы и красоты, оно только не согласно успокоиться на силе умирающего больного и на красоте разлагающегося трупа. Вражды или презрения к силе, величию и красоте, как таким, христианство никогда не внушало, и все христианские души, как и первая из них, радовались только тому, что им открылся бесконечный источник всего истинно сильного и прекрасного, спасающий их от рабства мнимой силе и мнимому величию немощных и безобразных стихий мира.
Мы не сможем скрыть от детей применение кулаков, но взрослые могут детям на примере дать установку предпочтения уважения, дружбы, добра, ласковости, равенства и альтруизма, чем — грубости, равнодушию, эгоизму, самодовольству и самомнению. Пока же в обществе наблюдается иное: «нет ничего пошлее самодовольства».