Полные ботинки одиночества,
Hаписанное матом в подъезде пророчество.
Ты протянешь руки к солнцу,
А оно не улыбнётся
Среди унылых дней
Hам только остаётся
Варить кофе, ждать любовь...
Полные ботинки одиночества,
Hаписанное матом в подъезде пророчество.
Ты протянешь руки к солнцу,
А оно не улыбнётся
Среди унылых дней
Hам только остаётся
Варить кофе, ждать любовь...
Посмотри на друзей и на незнакомых,
На звездное небо, вереницы огней,
И может среди шести миллиардов
Станет поменьше одиноких людей...
А где-то есть души, полные радости.
Они задушены жизни сладостью.
Hаверно, это скучно — постоянная удача,
Hи разу не понять,
Так что же это значит:
Варить кофе, ждать любовь...
И я плыву куда-то вдаль,
Меня ведет моя печаль,
Мне ничего уже не жаль,
Ведь мне всего лишь больше нечего терять...
Среди тысячи людей я совсем один. Стоя посреди дождя, сохну без воды.
Я подпрыгнул, и упал, и сдался навсегда — я не могу дотянуться до звезды!
Женщина — просто одинокая душа, как он сам. Двое одиноких людей не смогут заполнить пустоту друг для друга. Такие отношения обречены на разочарование. На самом деле ему нужна семья.
— Ну почему люди ненавидят проводить Рождество в одиночестве?
— Потому что это значит, что их никто не любит.
Иногда мне кажется, что есть, должны быть люди, похожие на меня, не удовлетворённые формами страсти, ни формами жизни, желающие идти, хотящие Бога не только в том, что есть, но в том, что будет. Так я думаю. А потом я смеюсь. Ну, есть. Да мне-то не легче. Ведь я его, такого человека, не встречу. А если встречу? Разве, чтоб «в гроб сходя благословить». Ведь через несколько лет я буду старухой (обозлённой прошлым, слабой старухой). И буду знать, что неверно жила.
Я всегда завидовал слабым. Все, кто были рядом с нами, погибли, а потом превратились в пыль. Из-за одиночества мы разделили свои души надвое. Я уже не помню, кто из нас был первым. Может, это даже были не мы. Но только так мы могли избежать одиночества. Я завидовал слабым. Слабые всегда собирались в группы. Я хочу быть слабым. И если это невозможно, то я хочу, чтобы рядом со мной были сильные друзья.
Я валяюсь в горячей ванной,
Я смотрю в потолок стеклянно,
Чувство юмора отказало
Я себе надоел.
Стало тошно,
все — серость, слякоть,
Ничего не хочу, разучился
Разговаривать, думать, плакать.
Без обоих никак.