Интриги в лагере похожи на кремлевские, разница только в масштабах.
Россия непостижна для ума,
Как логика бессмысленна для боли,
В какой другой истории тюрьма
Настолько пропитала климат воли?
Интриги в лагере похожи на кремлевские, разница только в масштабах.
Россия непостижна для ума,
Как логика бессмысленна для боли,
В какой другой истории тюрьма
Настолько пропитала климат воли?
Тюрьма — место антикультуры, антицивилизации. Здесь добро — зло, ложь — правда. Здесь отребье воспитывает отребье, а приличные люди ощущают себя глубоко несчастными, так как ничего не могут сделать внутри этой отвратительной системы.
Гений ***лы состоял в том, что, выйдя из тюрьмы, он не захлопнул дверь перед носом своих тюремщиков, а оставил ее открытой, чтобы они могли выйти вместе с ним.
Не знаю вида я красивей,
чем в час, когда взошла луна,
в тюремной камере в России
зимой на волю из окна.
Возможность заниматься самообразованием и размышлять – это большие плюсы тюремного заключения.
В России крадут все, но самое главное – и это, пожалуй, уникально, – в России крадут время.
Я не хочу, чтобы мы раздражали весь мир. Не хочу, чтобы нашу страну называли «Рашкой», не хочу, чтобы мои соотечественники уезжали в другие страны, потому что там лучше, но Россия бесит весь мир именно своей территорией. На нас смотрят и говорят: «Ребят, вы глобус видели вообще? Вас как не поверни, вас со всех сторон видно! Так нельзя!» Я к тому, что, видите, что сейчас творится в Европе? Нам таким образом сейчас сирийских беженцев начнут отправлять, чтобы мы заселяли. Но они к нам не поедут. Потому что мы же их сразу в Сибирь сошлём. Вряд ли мы их в Калининграде оставим. Сразу в Сибирь, потому что такая страна. Людей из своей страны ссылали в свою же страну. Это наше нормальное действие.
Те, кто сегодня сравнивает фашизм с коммунизмом, делают это либо по полному невежеству, либо по моральной неполноценности. Фашизм как предельное выражение варварства и язычества (в любой сфере – от национальной до культурной политики) есть нечто, прямо противоположное коммунизму, который я бы рассматривал скорее в традициях христианства. Россия, проделавшая путь от язычества через христианство к коммунистической идеологии, бесспорно в тот момент идеологически – или лучше сказать духовно – была единственным оппонентом фашизму. Чтобы противостоять идее, нужна идея. Побеждает не оружие, не армия, даже не народ – побеждает дух, сконцентрированный в той или иной точке. Не вступи Россия в войну, Европа бы пала наверняка.
Я был честным человеком. Мне достаточно было сесть в тюрьму, чтоб я стал преступником.