Но я не лгу о случившемся со мной. И Этель не лжёт. А правда или неправда, книга или не книга... Я землю выжгу этих привилегированных, жалких негодяев! Хочешь попасть под раздачу, Шерил?! Назови меня или любую их этих прекрасных, юных, сильных, интеллигентных девушек... шлюхой. Ещё. Один. Раз.
– Знаю, все скоробят по-разному, но Шерил проводит собрание, чтобы справится с потерей. Она либо гениальна, либо больна, либо всё сразу.
– Да, зато Шерил хотя бы не притворяется. Не притворяется бабочкой, когда на самом деле оса.
– Вероника, добро пожаловать в Речных Лисичек. Бетти... удачи в следующий раз.
– Погоди... что? Почему? Потому что ты не смогла превратить Бетти в стерву?
– Мне нужны девочки с огнём в команде.
– Я знаю, что тебе нужно, Шерил. Потому что знаю, кто ты. Ты предпочитаешь, чтобы люди тебя боялись, а не любили, поэтому ты используешь страх и запугивание. Ты богата, так что тебя никогда не привлекали к ответственности, но я живое доказательство, что эта уверенность, это право, которое ты носишь на голове, словно корону, оно не на долго. В итоге, придёт расплата. Или, может, эта расплата уже настала, и, может, эта расплата – это я. Бетти и я идём в комплекте. Хочешь одну – берёшь обоих. Ты хотела огня? Извини, Шерил-бомбочка, моя специальность – лёд.
[Вероника и Бетти врываются в мужскую раздевалку]
– Что вы тут делаете?
– Не волнуйся. Я серьёзно, Эндрюс, прими душ и свали с моего пути.
Поверь мне, никто ничего не вспомнит. Кроме, возможно, того, что я обвинила Шерил в инцесте.
– Когда моего папу арестовали, полиция, юристы, судьи, суда – они забрали у нас всё. Наши дома, машины, членство в клубах, яхту, даже – я не шучу – нашу одежду. Но вопреки всему, мама усадила меня на край кровати и сказала, чтобы я не плакала, потому что есть одна вещь, которую никто не сможет у меня отнять. Никогда.
– Твой трастовый фонд?
– Моё имя, Реджи. Она сказала, что никто его не отнимет, но именно это она и сделала. Словно это ничего не значило. Было ничем. Словно я была ничем.
– Что, чёрт возьми, за «кленовый сироп»?
– Как звучит, так примерно и есть. Это местная тема.
– Нет, Кевин, это тема «Заклеймим шлюху». А я не шлюха, и не собираюсь быть заклеймённой кем-то по имени Чак Клейтон, уж извините. Он реально думает, что это сойдёт ему с рук? Он что, не знает, кто я? Я перережу тормоза на его супер-фаллическом символе.
– Или можем пойти к директору Уизерби.
– Настучать на сына тренера? Капитана футбольной команды и золотого мальчика школы Ривердейл?
– Или я могу изобличить его на страницах «Сине-золотой». Да, так и сделаю.
– Нет, говоришь как настоящая хорошая девочка, всегда следующая правилам. А я не следую правилам! Я их устанавливаю! А когда надо нарушаю! Хочешь помочь мне отомстить Чаку, Бетти? Супер, но тебе лучше быть готовой войти в полную темноту без единой звезды. Что скажешь, ты в деле или нет?
– Это невероятная ситуация.
– Бетти, перестань. Невероятная ситуация – это быть одновременно приглашённым на вечеринку Оскар «Vanity Fair» и на вечеринку Оскар Элтона Джона. Что и случилось со мной однажды. А эта ситуация просто раздражает.
– It's an impossible situation.
– Betty, come on. An impossible situation is being invited to both the «Vanity Flair» Oscar party and Elton John's Oscar party on the same night. Which happened to me one year. This is merely an annoying situation.
Cлайд с цитатой