Метели, вымерзшая клеть
Нам могут хуже горькой редьки
В конце концов осточертеть.
Из чащи к дому нет прохода,
Кругом сугробы, смерть и сон,
И кажется, не время года,
А гибель и конец времен.
Метели, вымерзшая клеть
Нам могут хуже горькой редьки
В конце концов осточертеть.
Из чащи к дому нет прохода,
Кругом сугробы, смерть и сон,
И кажется, не время года,
А гибель и конец времен.
И белому мертвому царству,
Бросавшему мысленно в дрожь,
Я тихо шепчу: «Благодарствуй,
Ты больше, чем просят, даешь».
Я шла по улице, и вокруг меня была щедрость. Щедро сыпал снег, и его структура была совершеннее любого ювелирного украшения. Я щедро давила эти кристаллические решётки, и они громко рушились. А сверху падали новые, щедро прикрывали черноту улицы.
Тоскливо ветрами поохав,
Не выплакав горя всего,
Зима подвалила с подвохом,
С навязчивой зыбью снегов.
И только, печали не зная,
От счастья совсем без ума
Танцует метель озорная:
Привычное дело — зима.
Еще заря не встала над селом,
Еще лежат в саду десятки теней,
Еще блистает серебром
Замерзший мир деревьев и растений.
Зима пришла седая,
Под снегом хорохорятся дома.
Сугробы обнимают тротуары,
Ночь одичалая темна.
Горят огни тепличек,
Пропитан воздух тишиной.
Снежинки сыплются на плечи
Цинично мелкою крупой.
Березки жмутся у обочин,
Гнут металлические шеи фонари.
Как много в мире одиночеств,
И сколь ярки домов огни...
А снег идет, а снег идет
И все вокруг чего-то ждет…
Под этот снег, под тихий снег,
Хочу сказать при всех:
«Мой самый главный человек,
Взгляни со мной на этот снег -
Он чист, как то, о чем молчу,
О чем сказать хочу».
По пустым просторам гуляет вьюга -
октябрю не хватило накала, что ли?
А поскольку и нам не хватило юга,
мы с тобой на север едем, подруга,
где, мерцая, светится алым поле.