У человека два зрения: взор тела и взор души. Телесное зрение иногда забывает, но духовное помнит всегда.
Слабые духом всегда всё видят через траурную вуаль; душа сама создает свои горизонты.
У человека два зрения: взор тела и взор души. Телесное зрение иногда забывает, но духовное помнит всегда.
Слабые духом всегда всё видят через траурную вуаль; душа сама создает свои горизонты.
У женщин есть две манеры любить, которые могут вытекать одна из другой: они любят душой или телом.
Телесная чистота была совершенно незапятнанной, хотя душа уже утратила девственную прозрачность.
Редко случается, чтобы то, чего пламенно желаешь, столь же пламенно не оберегали другие люди.
Хорошо бы также понять, что твой разум, твоя душа, твоё тело созданы природой в единственных экземплярах — и это богатство стоит твоей любви.
В этом мире нет ни счастья, ни несчастья, то и другое постигается лишь в сравнении. Только тот, кто был беспредельно несчастлив, способен испытать беспредельное блаженство.
Когда они любили друг друга — то жадно и просто, то неспешно и изощренно, — всем существом Фандорина овладевало пронзительное, непередаваемое словами ощущение, что СМЕРТЬ ЕСТЬ. Он всегда, с раннего детства твердо знал, что жизнь тела невозможна без жизни души — этому учила вера, об этом было написано в множестве прекрасных книг. Но теперь, на двадцать третьем году от рождения, под падающей с неба луной, ему вдруг открылось, что верно и обратное: душа без тела тоже жить не станет. Не будет ни воскресения, ни ангелов, ни долгожданной встречи с Богом — будет нечто совсем другое, а, может, и вовсе ничего не будет, потому что души без тела не бывает, как без тьмы не бывает света, как не бывает хлопка одной ладонью.
Как не следует пытаться лечить глаза отдельно от головы и голову — отдельно от тела, так не следует лечить и тело, не леча душу...
Как бы человек ни был добр, он перестает навещать людей, на которых тяжело смотреть.
Д’Артаньян смотрел поочередно на этих двух женщин и вынужден был признать в душе, что, создавая их, природа совершила ошибку: знатной даме она дала продажную и низкую душу, а субретке — сердце герцогини.