Я не уверена, сохранил ли господин Путин связь с реальностью. Он находится в другом мире.
0.00
Кроме Путина, никого, потому что все остальные, как Путин.
Ангела Меркель
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатойАннексия Крыма — это событие, которое нас в Германии и Евросоюзе поразило. Фундамент послевоенной европейской политики, принцип территориальной целостности каждого государства — этот принцип не просто поставлен под сомнение, а вовсе проигнорирован. Это, мягко говоря, чрезвычайно опасно для Европы. Это недопустимо. Иначе мы очень быстро разрушим все, что мы выстроили после 1945 года.
Очарование Путина проистекает из следования им традиции российских правителей окружать себя тайной.
Противников путинского курса больше нет, а если и есть, то это психически больные и их нужно отправить на диспансеризацию. Путин — везде, Путин — все, Путин абсолютен, Путин незаменим.
Дедушка пошутил про Путина. Внук просит:
– Не шути так больше! Мне ещё жить при нём!
Я многократно говорил, что Путин, на мой взгляд, он даже не тактик, он фаталист в каком-то смысле. Он, действительно считает, что мы живём в такую эпоху переходную, когда тратить силы, время, деньги, ум на долгосрочные стратегии — бессмысленно. И, к сожалению, — он, в общем, прав, на мой взгляд.
Мир не будет ждать Европу, пока она будет заниматься самокопанием, вместо того, чтобы решать насущные проблемы.
Вы наверняка слышали про этот скандал, что северокорейские спецслужбы прослушивали весь мир, они даже годы подряд прослушивали мобильник Меркель. Это же просто уму непостижимо. Ну и засранцы же эти северные корейцы! Вот уроды! А, нет... это же были американцы. Я каждый раз их путаю. Каждый раз путаю. Ужасно! Не, северные корейцы были во Вьетнаме, помните они тогда еще распыляли всякие химические гадости над Вьетнамом, потом они устроили эту войну в Ираке с сотнями тысяч погибших невинных людей, вот это точно были эти засранцы — северокорейцы. Точно! Нет, подожди… это же тоже были американцы… Подождите-ка, так что же сделали тогда северокорейцы? А, вот — они же там у себя какую-то ракету протестировали! Какой ужас! Это же ни в какие ворота не лезет! Разве можно просто так тестировать там какие-то ракеты? Эти ракеты нужно было целыми неделями сбрасывать на миллионные города на Ближнем востоке, вот тогда бы они получили бы место в Совете Безопасности ООН. А так, только тестируя у себя какие-то ракеты, в ООН еще никто не попал. Какие же засранцы эти северные корейцы! Вы только представьте — в Северной Корее сначала президент-отец, а потом, позднее президентом становится его сын! Это же тихий ужас! Такое здесь вообще невозможно представить, или в Америке... Это просто уму непостижимо. И мы возмущаемся и насчет Путина, что он снова и снова в кресле президента. У бедняги Путина просто нет сына, поэтому и приходится снова и снова самому идти во власть.
Сегодня личностей становится всё меньше. Я это связываю с тем, что они потребляют примерно одну информацию, одни образы, один стиль. И человек, молодой особенно человек, они как бы растут такие... как такая ровная трава. А отсюда, кстати, к политике перейдём. Вы посмотрите, что происходит... А где политики? А где личности? Вот вы говорите, вот я «пропутинец»... А я вам скажу, а вы найдите... Ну Путин — это фигура, личность! Понимаете? Он хотя бы личность! Вот вам не нравится, а он — личность. А, строго говоря, что мы видим рядом? Вот где они? Где в современной политической жизни России, вообще, личности? Да это невозможно вычистить, если они есть. Если они есть, они появляются, и ты с этим ничего не сделаешь.
[вопрос зрителя: Если бы Вы бы не были доверенным лицом Путина кто Вам более симпатичен из других кандидатов?]
Я просто не вижу ни одного даже близко. Вы извините, не потому что я доверенное лицо. Я же режиссёр. Вот я представляю себе Новый год и меня будет поздравлять Ксения Анатольевна Собчак. [смех в зале] Я думаю — нет. Или там, господин Сурайкин... ну тоже думаю, ну нет... на фоне Кремля. Понимаете? И вот я так их ставлю всех, и вот Владимир Владимирович как-то смотрится в этой картинке.