Долго ли, коротко ли, а добрался Иван-царевич до Тридевятого царства, нашел черный замок из костей, стащил Кощея за бороду с трона и меч-кладенец над ним занес. А Кощей и говорит ему человеческим голосом: «Не бей меня, Иванушка, я тебе еще пригожусь!» Кивнул Иван-царевич, спрятал свой меч и дальше пошёл. Привычка...
— Когда создаешь новый мир, — произнес демиург Мазукта, вальяжно развалясь в кресле, — не оставляй в нём никаких недоделок. В частности, обязательно ликвидируй все нестабильные элементы, иначе рано или поздно мир будет уничтожен цепной реакцией.
— А, знаю, — кивнул демиург Шамбамбукли. — Цепная реакция — это когда расщепляется ядро урана.
— Неверно, — строго нахмурился Мазукта. — Цепная реакция — это когда одна страна первой расщепляет ядро урана, и сразу остальным тоже хочется.
— Слушай, парень, а тебя, случайно, не Иван-дурак зовут?
— Нет, я Иван-царевич.
— Надо же... а как похож.
— Знать-то я, конечно, знаю, — сдержанно кивнул Шамбамбукли. — Но мои знания носят чисто прикладной характер. То есть, я в курсе, что надо делать и как, чтобы всё заработало. На практике. А вдруг я всё делаю наоборот? И надо совсем иначе? Вот мне и интересно: что по этому поводу говорит теория?
Мазукта растерянно почесал в затылке.
— Теория..? Да чёрт её знает!
— Тогда, может, его и спросим? — предложил Шамбамбукли.
— Кого, чёрта? — Мазукта скептически поджал губы. — Не думаю, что это хорошая идея. Чертей много. И у каждого своя теория.
— Неплохо… очень неплохо, — задумчиво протянул карлик и дернул ушами. — Колени, конечно, напряжены, и отскок слабоват… но в целом — вполне терпимо. Давайте зачетку, молодой человек.
— Зачёт? — восторженно прошептал рыцарь.
— Зачёт, — кивнул карлик и размашисто расписался в пергаменте.
— А мне? — тоскливо спросил дракон, прилаживая голову на место.
— А тебе, — нахмурился карлик, — готовиться к пересдаче. Двоечник!
У одного индуса жили три обезьяны: слепая, глухая и немая. Однажды в дом забрался вор, увидел обезьян и собрался их убить, чтобы не оставлять свидетелей.
— Ничего не вижу! — поспешно сказала слепая обезьяна.
— Ничего не слышу! — добавила глухая.
А немая только руками развела: она, мол, и рада бы что-то сказать, да вот не может. Вор успокоился, собрал всякое добро в мешок и убежал. Утром хозяин обнаружил пропажу и вызвал полицию.
— Я всё видела! — сказала глухая обезьяна.
— Я всё слышала! — добавила слепая.
«А я записала номер машины», — показала знаками немая и протянула листок.
Как часто нас подводят стереотипы!
Поцеловал Иван-Царевич лягушку — и превратилась она в девушку. Другую лягушку поцеловал — и та превратилась. Третью — то же самое. Четвертую, пятую — все превращаются в девушек.
Уж такое свойство у Ивана-Царевича…
В детстве, помню, одна девочка сказала о непослушной овечке: «девочка, а не слушная».
Если у кого-либо все время одно на уме, радуйтесь, что вы сможете обдумать все остальное.
Cлайд с цитатой