Знание своей судьбы — это проклятие, а не благо. Оно делает человека несчастным.
Людьми движут чувства. Узнай цену этим чувствам ─ и ты узнаешь цену людям. И ты сможешь тогда добиться всего, чего захочешь.
Знание своей судьбы — это проклятие, а не благо. Оно делает человека несчастным.
Людьми движут чувства. Узнай цену этим чувствам ─ и ты узнаешь цену людям. И ты сможешь тогда добиться всего, чего захочешь.
Человеку свойственно во всем сомневаться. Там, где кончается сомнение, начинается фанатизм.
И спросил у Люцифера Его Сын:
— Почему та женщина предала того мужчину?
И ответил Люцифер Своему Сыну:
— Потому что он был слаб. И опять спросил у Люцифера Его Сын:
— Разве это правильно?
И ответил Люцифер Своему Сыну:
— Если тебя предают, значит, не ценят. Значит, ты ничего не стоишь. Каждый получает в жизни только то, чего он стоит. Не больше и не меньше.
Если даже для стали существует предел прочности, то что же говорить о людях! Есть бездны, в которые человеку лучше не заглядывать, ибо там ничего нет, кроме предательства, бесчестья и лжи. И есть температуры, при которых плавится всё. Даже любовь, честь и верность.
И спросил у Люцифера Его Сын, весьма удивленный:
— Разве слово действительно может иметь такую силу?
И ответил, усмехнувшись, Люцифер Своему Сыну:
— «Вначале было слово»…
Человек всегда может остаться человеком. При любых обстоятельствах. Остаться свободным. Свобода — это внутреннее состояние. Состояние души.
Унизительная неловкость, которую всегда испытываешь, когда разговариваешь с человеком, который заведомо умнее тебя, и знаешь при этом, что и он это прекрасно понимает.
– Мы такие, какие мы есть, – сказал граф, наливая себе вина. – И это никому не под силу изменить. Я не верю в свободу выбора.
– А я верю, – сказал я. – Если не верить в свободу выбора, во что же тогда вообще верить?
– В судьбу.
– Вы фаталист, – сказал я.
– Я реалист, – сказал он. – Хотя вполне допускаю мысль, что это одно и то же. Я слишком долго живу на этом свете и хорошо понял, что так называемая «свобода выбора» всего лишь иллюзия. Мы становимся такими, какими нам суждено было стать от самого рождения.