Вампиры не размножаются, но мы любим попытаться.
— Ты молодой вампир, Елена. Тебе необходима теплая кровь из вены. Может это и сработает. Просто не говори Стефану.
— Почему нет?
— Потому что обмен кровью – это очень интимно.
Вампиры не размножаются, но мы любим попытаться.
— Ты молодой вампир, Елена. Тебе необходима теплая кровь из вены. Может это и сработает. Просто не говори Стефану.
— Почему нет?
— Потому что обмен кровью – это очень интимно.
– Допустим, я происхожу из рода Кэтрин – значит, я частично вампир?
– Вампиры не могут производить потомства. Но нам нравится пытаться.
— Я хочу извиниться за то, что другие вампиры сделали со Стефаном, за похищение, за пытки... Этого не должно было случиться.
— Вы там играли в Дом-2 с половиной вампиров из гробницы, причем реально взбешенных. И что, вы думали, должно было произойти?
— Это было лишь на одну ночь.
— Читаешь мои мысли.
— И все же я считаю, что ты скоро мне позвонишь.
— Но не стоит очень надеяться.
Совет от профессионала: если лезешь на вампира, которому хреналион лет, советую не драться перочинным ножичком.
— Нет.
— Она говорит. Может, озвучишь ещё какие-нибудь мысли, которые крутятся в твоей голове?
— Ты должен был догадаться.
— Что?
— Что я была Кэтрин, что Кэтрин была мной! Именно ты должен был заметить это!
— Думаешь, я этого не понимаю.
— Если бы ты догадался, Дэймон, не было бы вампирского вируса. Аарон всё ещё был бы жив...
— Не Кэтрин сделала это, а я! Я думал, что это ты разбила мне сердце, и разорвал Аарону горло. Вот насколько сильна твоя власть надо мной!
— А я всё ещё здесь, вот насколько сильна твоя власть надо мной!
— Ты послушай нас — чистый яд! У нас ядовитые отношения, Елена! Я убил твоего друга, а ты винишь кого-то другого!
— Хочешь, чтобы я винила тебя? Легко... Поверь. Ты облажался, Дэймон! Снова!
— Спасибо!
— Ты поставил меня в ситуацию, что я защищаю тебя! Снова! Я меняю свои моральные принципы! Снова! И мне приходится идти против всего во что я верю! Снова! Ведь я люблю тебя!
— Так перестань любить!
— Не могу!
— В этом крыле были еще четыре жертвы, и все почти обескровлены. Думаете, это Сайлас?
— Или врач с очень сомнительным обращением с пациентами.