— Это Оксфорд, а не Древний Рим.
— Они очень похожи.
— Это Оксфорд, а не Древний Рим.
— Они очень похожи.
— Я бы с удовольствием арестовал этого профессора.
— За что?
— За напыщенность и снобизм.
— Преступники использовали отбеливатель, чтобы скрыть следы ДНК?
— Ты делаешь успехи! Раньше ты считал, что ДНК — это давление на комиссара.
— В 90-х она выпустила книгу о том, как женщины могут обойтись без мужчин. Тогда книга оказала влияние на многих женщин.
— И на вас тоже?
— Конечно, нет. Я знала об этом ещё до выхода книги.
Гулянья, доказывал он, удовлетворяют глубокие и естественные потребности людей. Время от времени, утверждал бард, человеку надобно встречаться с себе подобными там, где можно посмеяться и попеть, набить пузо шашлыками и пирогами, набраться пива, послушать музыку и потискать в танце потные округлости девушек. Если б каждый человек пожелал удовлетворять эти потребности, так сказать, в розницу, доказывал Лютик, спорадически и неорганизованно, возник бы неописуемый хаос. Поэтому придумали праздники и гулянья.
Россия — это континент, который притворяется страной, Россия — это цивилизация, которая притворяется нацией.
— Он пьёт только тогда, когда чувствует себя подавленным, — возразил Моркоу.
— А почему он чувствует себя подавленным?
— Иногда потому, что не выпил.
— Мы плывем на лодке!
— У вас есть лодка? Где вы ее взяли?
— Вообще, это скорее самолет... наполовину... Мы на самолодке.
— Да, я тоже не помню хорошего в детстве.
— А я-то думал ты в Кембридже родился и вырос.
— Восточный Бруклин, Нью-Йорк.
— Да ну!? Правда?
— Ага.
— Ты что, вообще не выходил из дома?
— Не часто. Зато я смог выбраться из квартала живым.