— Как же так всё-таки? Ведь прекрасно знаете, что хамите, и всё равно! Удовольствие, что ли, получаете?
— Да работа такая...
— Вредная у вас работа. О-о... Молоко надо бы давать по талонам, за вредность.
— Как же так всё-таки? Ведь прекрасно знаете, что хамите, и всё равно! Удовольствие, что ли, получаете?
— Да работа такая...
— Вредная у вас работа. О-о... Молоко надо бы давать по талонам, за вредность.
... хамство есть не что иное, как грубость, наглость, нахальство, вместе взятые, но при этом — умноженные на безнаказанность. Именно в безнаказанности все дело, в заведомом ощущении ненаказуемости, неподсудности деяний, в том чувстве полнейшей беспомощности, которое охватывает жертву. Именно безнаказанностью своей хамство и убивает вас наповал, вам нечего ему противопоставить, кроме собственного унижения, потому что хамство — это всегда «сверху вниз», это всегда «от сильного — слабому», потому что хамство — это беспомощность одного и безнаказанность другого, потому что хамство — это неравенство.
Мы с тобой оба профессионалы, Брюс, и наше дело — утверждать закон. Однако твои методы и мои методы — две очень разные вещи.
Зачем тебе премии, повышения, всякие там грамоты, если ты и так великолепно работаешь?
Пытаясь прожить жизнь другого человека, ты рискуешь остаться без работы в следующем воплощении.
— Вы помните, что называется в физике законом неустойчивого равновесия?
— Ну, это... когда центр тяжести находится выше точки опоры.
— Вот. А вы жизнь хотите прожить в таком положении. Когда человек занимает место не по праву, он балансирует, ловчит. А закон неустойчивого равновесия никто отменить не может, даже Николай Николаевич.
Бросив университет, он окончил бухгалтерские курсы, но работал недолго. Сплошная скукотища. Прошел другие курсы — учительские. Сплошная показуха. Позднее он работал страховым агентом. Сплошное манипулирование людьми.
Пенсия — это отдых, навязанный тебе тогда, когда все, что ты можешь, — это работать.
Работа, это не просто работа. Это то, кто ты есть. И если ты хочешь быть кем-то другим, то для этого стоит изменить свою работу.