Стою один я пред толпой,
Под маской спрятав образ свой,
И боль терзает разум мой,
Лишь смерть одна мне даст покой.
Стою один я пред толпой,
Под маской спрятав образ свой,
И боль терзает разум мой,
Лишь смерть одна мне даст покой.
Трагедии случаются. Если вы считаете, что превратив себя в одноразовый инкубатор на пару недель, вы защитите ребёнка от всего дерьма в мире — валяйте, умрите счастливой. Самоубийцы меня не интересуют, но героизма в этом никакого нет.
— По-твоему, стоит покончить с жизнью, чтобы не обременять родных?
— Если ты их действительно любишь, то да.
Если хочешь себя убить, зачем электричеством? Можно застрелиться или спрыгнуть с крыши... или удушиться у Кадди между грудей.
Я смерти не боюсь... Труднее жить.
С терпением галерного раба
Грести, грести, стирая пот со лба,
Но руки на себя не наложить,
Не броситься в глубокий водоем,
Желая одного: навек уснуть...
Имея нож, себе не ранить грудь -
Вот подвиг, в понимании моем.
И разве не герой, кто до конца,
До капли чашу жизни выпить смог?
По данным Всемирной организации здравоохранения по общему показателю суицидов Россия занимает третье место в мире, двадцать шесть с половиной случаев на сто тысяч человек. Выше нас только две африканские страны — Гайана и Лесото. Что же касается самоубийств среди мужчин, то здесь Россия — в лидерах, занимает первую позицию, более сорока восьми случаев на сто тысяч населения. По моему́ мнению — это самая настоящая национальная трагедия. Наша страна теряет свою сильную половину. К проблемам алкоголизма, к проблемам наркомании, добавилась не менее, а может быть гораздо более опасная проблема — это, простите, «замордованность» российских мужиков. Именно безнадёга, помноженная на нищету и неуверенность в завтрашнем дне, становится причинами, когда человек доходит до крайней черты. Напомню, по заверению социологов, достаточно трёх лет, всего трёх лет нищеты, чтобы человек потерял всякие стимулы пытаться выбраться из западни, в которую он попал.
Так обычно бывает — мальчик встречает девочку, дуреет, а потом они, как идиоты, живут вместе до конца своих дней.
Проблема в том, что, когда мы не можем найти логичный ответ, мы довольствуемся идиотским.
И за подоконником буду искать невесомость.
И где-то на Млечном пути, вероятно, найду.