Люди очень любят себя, и они любят себя всякими! А зеркало... Что зеркало? Только стекло. – Подумал, добавил грустно: – Оно не выявляет уродства, но и не скрывает его. Да, люди обожают себя. О-божают! Делают из себя божков! Идолов! Кумиров! И – поклоняются себе самим и – больше никому. Таков мир.
– Неузнанным можно остаться только в толпе.
– Думаешь?
– Проверено. Там нет ни личин, ни масок. Толпа сама – единое существо и подчиняет всех своим законам. Индукция.
Любой путь – всего лишь путешествие из дома домой. И в пути этом мы обретаем то, чего потерять нельзя.
– Он нарушил правила. А правила созданы для того, чтобы их выполняли. Всегда. Кажется, я разъяснил это вам недавно. Но вы были невнимательны, господин Дронов.
– Из всякого правила делают исключения, – с сомнением произнес я.
Барон промолчал. Дошел до поданной ему машины – горе-карабинеров уже увезли, – плюхнулся на сиденье, разлепил губы и сказал:
– Исключения? Делают. Но не для всех.
– Узнал что-то новое?
– Скорее старое.
– Да?
– Если какая-то неприятность должна случиться, она случается.
Диего поморщился:
– Еще что-нибудь?
– Из всех неприятностей случается именно та, ущерб от которой больше.
С умниками порой так и случается: пока они доказывают миру свою неповторимость и гениальность, приходит сильный, наглый и дерзкий и ставит крест на всех их начинаниях и завершениях.
Понятно, что события, предоставленные сами себе, имеют тенденцию развиваться от плохого к худшему, но есть в круговороте катящегося с горы снежного кома и положительная сторона: когда разнонаправленные события нарастают настолько, что превышают определенную критическую массу, все неясности и неувязки исчезают сами собой, а ситуация предстает перед наблюдателем во всем блеске. Если, конечно, наблюдатель к этому времени не смят этим самым комом и не утрамбован под лавиной.
– Подумайте сами, почему производство ракет, бомб, авианосцев считается престижным, значимым, законным, а производство наркотиков – нет? То же оружие. И – громадная индустрия. Что мне добавить к этому? Что вся история человечества – это история оружия? История войн? История уничтожения? Без противостояния не было бы прогресса. – Сен-Клер помолчал, улыбнулся. – Я вижу, вы со мной не вполне согласны. Или – совсем не согласны. Но мир этот никому не изменить.
Богатство позволяет не слишком беспокоиться о старости. Жажда умереть молодым позволяет беспокоиться о ней еще меньше.
Cлайд с цитатой