Я проклинал себя за то, что изображал джентльмена и не попросил у неё номер телефона. Увижу ли я её когда-нибудь?
И тут судьба притормозила передо мной, взвизгнув протекторами.
Я проклинал себя за то, что изображал джентльмена и не попросил у неё номер телефона. Увижу ли я её когда-нибудь?
Его длительное пребывание в сферах высшего образования объясняется главным образом нескрываемым желанием оттянуть вступление в Большую Жизнь.
Мне все понравилось в Вене. Особенно щиколотки Анны, так некстати оставшиеся в Париже.
Жизнь — это череда телевезионных игр: сперва «Поле чудес», потом «Колесо Фортуны», а затем, если все складывается удачно, «Кто хочет выиграть миллион?»
Это было выше моих сил: я чувствовал, что час расставания близок. Мне хотелось влюбленности. Какая-то прихоть, какая-то нездоровая фантазия подталкивали меня к тому, чтобы разорвать нашу безобидную связь.
Я старался как можно меньше мозолить ей глаза и в то же время постоянно маячить где-то поблизости.