Два в одном — кальян и кофеварка. А кроме того, замечательная фритюрница. Не бьётся, не ломается... За исключением сегодняшнего дня.
Правило три: я не могу воскрешать людей из мертвых. Это жуткое зрелище — не по нутру мне это!
Два в одном — кальян и кофеварка. А кроме того, замечательная фритюрница. Не бьётся, не ломается... За исключением сегодняшнего дня.
Правило три: я не могу воскрешать людей из мертвых. Это жуткое зрелище — не по нутру мне это!
— Что-то ты рановато сегодня попал в беду, Аладдин.
— В беду? Нееет. В беду попадаешь, только когда тебя ловят…
— Поймал!
— О, я в беде…
— Теперь мои три желания.
— Мне изменяет мой слух? Три? Ты уже одно загадал!
— Э, нет! Я тебя не просил вытаскивать нас из той пещеры, это была твоя воля.
— Я глупый баран. Ладно, бе-е-езобразник. Но больше не хитри!
— Если выживу — расцелую макаку!
— [перед тем, как поцеловать Абу]: Не пытайся меня понять!
— Ты считал, что я глупая! Что я не догадаюсь, что ты тот юноша с базара!
— Нет! Я считал... что не догадаешься.
По улицам, на бульварах, ходят люди с меньшим процентом глупости, а вот те, что ходят в церковь, почти все глупы.