Гансы! Привет от тёти Моти! [стреляя из танкового пулемёта]
Ну и ездовые у тебя, Цветаев... Как тараканы беременные...
Гансы! Привет от тёти Моти! [стреляя из танкового пулемёта]
— Чем закусываете?
— «Вторым фронтом», товарищ генерал.
— Чем, чем?
— Да вот — тушёнка американская, мы её тут, промеж себя, «вторым фронтом» прозвали. Скоро ли они его откроют, товарищ генерал?
— А сами не справитесь?
— Сами-то справимся, только у нас в деревне говорят: «Кто последний в драку влезает, тот потом больше всех и привирает».
Радищев — не писатель, он — родоначальник и основоположник. С него начинается длинная цепочка российского диссидентства. Радищев родил декабристов, декабристы — Герцена, тот разбудил Ленина, Ленин — Сталина, Сталин — Хрущева, от которого произошёл академик Сахаров.
Конному всаднику. С лошадью следует обращаться как с женой: надо делать вид, что ты ей доверяешь.
Ну да, трусоват, но зато у меня есть масса других достоинств! Ну я хитёр, прекрасный демагог, вот могу устроиться с удобствами...
В раннем пробуждении, особенно после того, как поздно лёг спать, есть определённая прелесть. Есть это офигенное чувство, что вроде только что глаза закрыл — опа, а уже вставать. После такого пробуждения ты ощущаешь себя Буратино — глазами хлопаешь, двигаешься рывками, в голове ветер свистит, виски деревянные и мысли коротенькие-коротенькие.