— Школьные факультеты. Их четыре всего. Про Пуффендуй говорят, что там самые тупицы учатся, но...
— Готов спорить, что я попаду в Пуффендуй.
— Школьные факультеты. Их четыре всего. Про Пуффендуй говорят, что там самые тупицы учатся, но...
— Готов спорить, что я попаду в Пуффендуй.
— В первый раз в жизни ребенка спать укладываю!
— Уверен, все будет хорошо.
— Спокойной ночи, Кевин.
— И тебе.
— А теперь я выключу свет.
— Понимаю, делай, что должно, и будь что будет.
Ааах! Господь сделал чудовищную ошибку! Владелец этого чудесного поместья всего лишь маленький мальчик! Но, Господь, я прощаю тебя! Аминь.
— Ну что, медицина?
— Эта кость принадлежит человеку, и этот человек точно мертв.
— Откуда такая уверенность?
— Это осевой, то есть второй шейный позвонок. Вот видишь: острый скол? Что это значит?
— ...
— Правильно. Что шея была перерублена. А с такой травмой что?
— Что?
— Правильно. Выжить невозможно.
В учении о перевоплощении все-таки что-то есть, если некоторые 35-летние женщины превосходно помнят события 45-летней давности.
— Я хочу извиниться за то, что другие вампиры сделали со Стефаном, за похищение, за пытки... Этого не должно было случиться.
— Вы там играли в Дом-2 с половиной вампиров из гробницы, причем реально взбешенных. И что, вы думали, должно было произойти?
У дальнобойщиков так: если девушка стоит у дороги, не факт что она путана, но проверить надо.
— Как-то ты это криво сказал! — заметила Дафна. — Всё равно что начинать признание в любви со слов: не в красоте счастье.
— Забери меня.
— Нафига?
— У меня забрали винтовку, заставляют чистить зубы после обеда и постоянно спрашивают, как у меня дела.