— Я не самоубийца. У меня лишь проблема с пересмешником.
— Хорошо, вы не можете убить пересмешника.
— Почему?
— Ну, вообще есть книга «Убить пересмешника»...
— И ее тоже заверните.
— Нет, это не руководство, это роман.
— Я не самоубийца. У меня лишь проблема с пересмешником.
— Хорошо, вы не можете убить пересмешника.
— Почему?
— Ну, вообще есть книга «Убить пересмешника»...
— И ее тоже заверните.
— Нет, это не руководство, это роман.
Оглядываясь назад, я могу с уверенностью сказать, что школьные годы были золотой порой моей жизни. Мы делали все как положено — никто из нас не был одержим тщеславием, так же как никто из нас не считал себя тупицей, но важнее всего было то, что я не припомню дня, прошедшего без смеха, истинного смеха, до слез, до колик в животе, который впрыскивает в кровь добрую порцию адреналина и убеждает тебя в том, что у тебя, подростка, вся жизнь впереди, и вселяет в тебя уверенность, что ты находишься среди настоящих друзей.
Мне кажется, повидать жизнь — ещё не значит набраться опыта, которым можно поделиться с другими. Самыми широкими взглядами, по-моему, отличаются люди, которые особенно строги к себе. А утихомирившиеся бунтари, как правило особенно нетерпимы.
... когда один слабый человек приходит к другому, они ищут не помощи, скорее они ищут, с кем бы разделить чувство вины.