Кэролайн Чэннинг

— Я покажу тебе это с помощью доски визуализаций.

— О нет.

— Это простейшая вещь!

— Ты — простейшая вещь.

— Начни с тонкой и белой доски.

— Ты — тонкая и белая.

— Он вот-вот пригласит меня на свидание. Спрашивал, далеко ли я живу, во сколько заканчиваю.

— Если мужчина ждет, пока ты кончишь, держись за него.

— Макс, где ты была всю ночь?! Мне пришлось одной смотреть шоу Карсона и восклицать «Они всё ещё болтают в пустоту!»

— Ночевала у Бэкки на диване, который, не поверишь, куплен в магазине новой мебели!

— О, так вы хорошо провели время? Странно, ведь вас разлучили в детстве. Мило. Мило. Мило, что всё так мило.

— Э-э-э... Что это означает?

— Просто я думала мы... Забудь.

— О, нет, прошу!

— Понимаешь, я думала мы — эксклюзивные, за неимением лучшего слова.

— Это слово «моногамия»? У нас с тобой моногамная дружба? Да в чём вообще дело?! И у тебя были друзья до меня.

— Макс! Я же говорила, что скачивать фильмы нелегально — это преступление! Теперь я попаду в тюрьму из-за «50 оттенков серого».

— Ну, кто-то же должен.

— Отныне ты сама ответственна за своё будущее.

— А тут ты ошиблась — у меня нет будущего!

— Вот, отдай ей купоны.

— Купоны?

— Да, вот эти.

— Макс, ты пользуешься купонами? Не знала об этом.

— Ты на меня смотришь, будто я в шоу «Поймай педофила».

— Ты, что, спишь в метро?

— Мне некуда пойти, а спать на улице боюсь...

— Ну ты и избалованная!

Никогда не говори азиату, что он совершил ошибку, а то пойдет в подсобку и бросится на меч.

— Я оставила тебе записочку с благодарностью за то, что ты разрешила спать в твоей постели.

— Спасибо, но я привыкла к наличным на прикроватном столике.

— Когда я страдаю, мне нужно утешение.

— Когда ты страдаешь — это и есть моё утешение.