— Похоже, я причинила тебе столько боли. Не понимаю, как ты можешь до сих пор любить меня?
— Это данность. Небо голубое, солнце светит, Аспен любит Америку. Так устроен мир.
— Похоже, я причинила тебе столько боли. Не понимаю, как ты можешь до сих пор любить меня?
— Это данность. Небо голубое, солнце светит, Аспен любит Америку. Так устроен мир.
Мой план заключается в том, чтобы наслаждаться едой, пока вы не турнёте меня отсюда.
Если твоя жизнь, как ты говоришь, перевернулась вверх тормашками, значит суженая должна быть где-то поблизости. Могу сказать по собственному опыту, настоящая любовь обычно случается в самый неподходящий момент.
— А в последнее время я понял одну вещь… — Он привлек меня к себе ближе, карие глаза заговорщицки блеснули.
— Выкладывай.
— Так уж получилось, что мне очень плохо удается держаться от тебя подальше. Это серьезная проблема.
— А ты хорошо старался? — улыбнулась я.
Он сделал вид, как будто задумался:
— Вообще-то, нет. И не рассчитывай, что буду это делать.
Максон, я говорю не о дворце. Меня не волнует ни одежда, ни постель, ни даже, поверишь ты в это или нет, еда. Я не хочу уезжать от тебя.
— Попытайся в моё отсутствие не влипать ни в какие неприятности, ладно? — шутливым тоном произнёс он.
С Крисс он не шутил. Интересно, это имело какое-то значение? Я вскинула правую руку:
— Даю слово быть паинькой.
— Отлично. Одной головной болью меньше.
Будучи принцессой, Николетта, пожалуй, оказалась самой высокой гостьей среди присутствующих в зале, и по выражению лица Криcс я поняла: ей досадно, что она сама не сообразила пригласить итальянку.
Я лишь молча покачала головой и, подойдя к письменному столу, вытащила все деньги, которые заработала. И сунула ему в руку всё до последнего гроша.
— Америка, я их не возьму.
— А куда ты денешься?
— Просыпайся. Я хочу кое-что тебе предложить.
— Ты хочешь предложить мне ещё поспать?