Коварство и любовь

У нас, женщин, выбор один: властвовать или покоряться. Но даже упоение самой неограниченной властью — это только жалкое самоутешение, если мы лишены наивысшего счастья — быть рабыней любимого человека.

Я в сердечных делах не знаток, но как больно вырывать из сердца любовь — это-то уж я понимаю!..

Bедь отец говорил много раз, что, когда придет господь, драгоценности и пышные титулы подешевеют, а сердца вздорожают. Тогда я буду богата, мама! Там слезы зачтутся за подвиги, а благие помыслы за славных предков. Тогда я стану знатной, мама!

Похоть сильных мира сего — это ненасытная гиена, алчущая все новых и новых жертв.

Выкажите свои добродетели, блюдите свою честь, не роняйте своего достоинства, — и я вам ручаюсь, что ваша молодость устоит перед всеми соблазнами.

Это, конечно, дерзость, но я ее тебе прощаю — за оригинальность.

На чердаке у неё может быть всё, что угодно, — на этот счёт с женского пола спрос не велик, только бы вас господь первым этажом не обидел.

Когда мы, любуясь картиной, забываем о художнике, то для него это лучшая похвала.

Может быть, вам кажется, что вы вечно будете молоды? Бедняжка, кто тебе это внушил? Кто бы он ни был, он посмеялся над тобой и над собой. Румянцу недолго рдеть на этих щеках. То, что представляется тебе в зеркале прочным и нерушимым, есть лишь тонкая золотистая пыльца, и рано или поздно она пристанет к рукам твоего поклонника.