Стиг Ларссон

Я извинял и прощал таких, как Харальд, поскольку мы родственники. Потом я обнаружил, что родство еще не гарантирует любви и что у меня крайне мало причин брать Харальда под свою защиту.

Даг Свенссон был столь беспощаден в разоблачении людей, пользующихся услугами проституток, и так убедительно излагал материал, что сомнений не оставалось: в обществе что-то не так.

Веннерстрём занимался мошенничеством в таких масштабах, что это уже не считалось преступным — это был бизнес.

Он превратился для нее в маленькую точку на горизонте, немного раздражающую деталь окружающего мира. В жизни были и другие вещи, которые волновали ее гораздо сильнее. Но она вдруг подумала, как хорошо было бы подойти к нему и заговорить. А может быть, переломать ему кости. Чего ей хотелось больше, она и сама не знала.

Теперь Лисбет удивилась тому, что жива, но ее это волновало на удивление мало: по сути дела, ей было все равно. Если смерть и есть та черная пустота, из которой она только что выплыла, то ничего страшного в ней нет. Особой разницы не чувствуется.

Как считала Лисбет Саландер, в реальном мире не много найдется страшилищ, с которыми нельзя управиться при помощи увесистого молотка.

Любовь — это миг, когда сердце готово разорваться.

... она увлекалась какой-нибудь загадкой, но, разгадав ее, сразу теряла к ней интерес.

Всегда находятся люди, охотно верящие злым языкам.