Михаил Задорнов

Недалёкое будущее. Где-то в Евросоюзе. Утро в обычной семье.

– Сынок, просыпайся: уже 08:20 – проспишь гей-парад!

– Ну пап, мне сегодня ко второму!

– Вообще-то я мама!

– Извини, мам: когда ты без косметики, я вас путаю…

– Как можно перепутать маму с папой?! Пора бы уже запомнить: мама – это та, что с бородой! Марш умываться!

– Мне нельзя умываться! Я же в церкви «Микрофлористы седьмого дна».

– И что?

– Как что?! Грязные руки могут оскорбить чувства живущих в воде микробов!

– Это какой-то нонсенс: у голубых родителей – зелёный сын!

– Мы называем себя жёлто-розовыми: в честь бога Спанчбоба и святого Патрика! Нямням… тьфу!., аминь!

– Ладно, ступай завтракать – я приготовила пирог с начинкой из гамбургеров! А то совсем похудел – всего 85 килограммов. Тебя же в школе будут дразнить: «Фу, спортивный!»

Кстати, о школе. Ты уже написал сочинение по роману «50 оттенков серого»?

– Конечно! «Кристиан Грей – луч света в сером царстве».

– Ну и тема – кино и немцы!

– Нет, мам, «Кино и немцы» – это было во втором классе.

– Сынок, я давно хотела с тобой серьёзно поговорить… Ты уже решил, кем станешь, когда вырастешь?

– Разумеется! Либо певцом… либо певицей.

– Лучше певицей – как твой папа. А вот и наш па-а-па! Ну и где же ты всю ночь шлялся?

– Да я… это… с девочками в бане был…

– Врёшь, гад! С мужиками ты был в бане!

– Не заводись, солнышко!

– Солнышко?!

– Ой, прости, – радужка! Радужка ты моя семицветная!

– Не подлизывайся. И вообще, вместо оргий, лучше бы о ремонте подумал: когда будем менять пол?

– Так мы ведь его уже три раза меняли!

– Я не про наш пол, а про ламинат.

– А-а-а, про этот… Ну ты же знаешь: у меня руки растут из того места, за которое ты меня полюбила…

– Ладно, не будем ругаться в этот замечательный праздник – День толерантности.

Кстати, говорят, на сегодняшний гей-парад опять не прилетит президент России!

– Ну а что ты хочешь: страна варваров, дикий народ!

Нужно к лету срочно подкачаться. Так, где у нас двор с качелями?

– Ты сова или жаворонок?

– Судя по синякам под глазами, я панда.

Во дворе подрались двое подростков. Побеждённый кричит вслед победителю:

– Это ты в жизни такой крутой! Давай встретимся в Интернете?!

Самое лучшее российское слабительное – деньги. По крайней мере, приговор суда смягчают…

Мы – удивительные люди. Мы так быстро живём, что не успеваем жить. Как будто обещанный конец света через три дня, при этом каждый день у нас второй. И мы торопимся успеть всё. Даже слова «Быстрее! Быстрее!» поясняем руками. Принеси вот эту, ту, которая на той, что за тем, когда там… И только наш человек понимает, что это книжка на тумбочке. А фраза «Когда ты по той, что вниз, смотри, чтоб там не о-ё-ёй» означает «Не навернись со ступенек». И редко кто переспросит: «По той, что тут, или которая там, где здесь?»

Да, мы долго думаем, зато быстро соображаем. Долго думаем, где бы украсть, зато быстро соображаем, как это сделать. Только у нас в языке есть слово «смекалка». Другим это слово, видимо, не нужно, за отсутствием самой смекалки. А у нас есть смекалка, есть тыковка. Почесал тыковку, сработала смекалка. Только наш в дорогом ресторане на Западе, съев суп, может смекнуть бросить в тарелку специально принесённую гайку и устроить скандал официанту за то, что ему принесли суп с гайкой. В результате, не заплатив за суп,

получить в подарок пышный десерт в качестве извинения за гайку в супе, после чего, почесав тыковку, бросить в десерт оставшийся болт от гайки. И после очередного скандала запить всё это подаренной от имени ресторана бутылкой бордо. И напоследок обматерить официанта, который всё это время, пока он пил бордо, стоял рядом и смотрел, чтобы он не бросил в бордо ещё какой-нибудь фланец.

Если вы упали в реку, кишащую крокодилами, не волнуйтесь: к обеду вы уж точно не опоздаете.

На первомайской демонстрации политик от «Единой России» разоткровенничался:

«Всё зависит от того, что примут наши депутаты».

Многие люди, которые живут у нас в сердце, должны как минимум платить арендную плату.

По областному ТВ Сахалинской области показали казачий хор: все поют, красивые, жизнерадостные… Всё было прекрасно, пока один бравый казак не сказал: «Нас, казаков, власти преследовали! Моего деда семилетним мальчишкой зарубили шашкой!»