К Ходже Насреддину пришел расстроенный сосед.
— Никак не могу решить: является ли ум инструментом моего эго или же, наоборот, эго есть порождение моего ума?
— Уздой Ума высшее «я» направляет ишака Эго по пути Духовности, — объяснил мудрец, — и все четверо сотворены Аллахом.
Ум не способен дотянуться до мудрости — и в действительности никогда не ставит это своей целью.
Острым серпом Ума я жну зеленую траву Жизни, сушу ее на поле Воспоминаний и, связав веревкой Этики снопы Окончательных Выводов, везу их на телеге Долга Всевышнему Владыке в качестве оброка со своего Персонального Бытия.
— Как мне пересесть с ишака Эго на жеребца Духовности? — спросил ученик Ходжу Насреддина.
— Для этого нужно пересечь пустыню Самоотречения на верблюде Смирения, — ответил мудрец.
Мое эго оказалось лучше, чем я о нем думал. Мой ум его полностью отрицает, а оно нисколько не обижается!
Пусть мой ум жует свою жвачку — работать он мне не мешает, да и на длинном пути к просветлению есть с кем перекинуться словом…
В надежде на жаркое, я кладу в рогатку своего Ума камень Мысли и стреляю им в небо Воображения. Увидев это, птица Истины тут же скрывается за горизонтом, а я уныло возвращаюсь к своей вегетарианской трапезе.
У сознания нет паразитов. Оно само создает это понятие и наполняет его полнокровным смыслом.
И среди гусей есть атеисты — например, те из них, которые считают, что мир, в котором есть шкварки, не может управляться Богом.
Теряя друзей, я грущу, и плачу, и тоскую по их образам — но рву не волосы, а записные книжки.
Cлайд с цитатой