Будь альтруистом, уважай эгоизм других!
21.00
А были такие мученики, которые прошли крестный путь еще и обратно.
Станислав Ежи Лец
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатойДействия всех, живых и мертвых, казались очень эгоистичными. А нужно было в первую очередь искать логический путь решения проблемы.
Только когда они становятся моей собственностью, все эти духи, истины уходят на покой, и только тогда они становятся реальны, когда у них отнято их самостоятельное существование и они делаются моей собственностью, когда уже нельзя более сказать: истина развивается, господствует, утверждается, история (тоже понятие) побеждает и т. п. Никогда не торжествовала истина – она всегда была только моим средством, ведущим к победе, подобно мечу («меч истины»). Истина мертва, это – буква, слово, материал, который я могу употреблять. Всякая истина в себе мертва, всякая истина – труп; жива же она только так, как живы мои легкие, то есть в зависимости от моей собственной жизни. Истины – материал, как полезны злаки и сорные травы. Полезные ли они злаки или сорные травы? Только я могу решить это.
Ой, косатики, всё виноватых ищите, власть пытаете. Ой, а где эта власть? Кто её видел-то? А я видела. Я тут, считай полвека, без малого, прибираюсь и вот, что вам скажу: наша власть, как и народ безмолвствует, но не бездействует. Смотрите как быстро и ловко эти коты неуёмные разграбили полстраны. Всё носишь и носишь им пепельницы, а что толку то, утром прихожу, опять нет. Едят они их что ли? Так, к сожалению, было почти всегда: и при царе-батюшке и при генеральном секретаре и при президенте, прости Господи. Всё себе, всё для себя, лишь бы нахапать, тьфу. Наша российская власть начинает двигаться и соображать, когда действует только в личных интересах, для своего «я». А мы, мы собираем крошки с их стола и верим лучшую жизнь. И так будет всегда, пока в их кабинете пропадают пепельницы.
Она очаровательно спросила меня: «Это наверное, очень трудно выдумывать все из головы?» — «Трудно, — ответил я, — но думаю, что из ноги было бы еще труднее».
В этом трояком отношении ленная зависимость совершенно преобразилась: от всемогущего «человека» мы получаем, во-первых, в ленное владение нашу власть, которая называется не властью или силой, а «правом», «правом человека».
Далее: мы получаем от него в лен наше положение в мире, ибо он, посредник, способствует нашему общению, которое поэтому должно быть только «человечным». Наконец: мы получаем от него в лен нас самих, именно – нашу собственную ценность или все, чего мы стоим, ибо мы – ничего не стоим, если он не обитает в нас или если мы не «человечны». Власть, мир, я – все принадлежит «человеку».
Но разве я не могу провозгласить себя и господином, и посредником, и своим собственным Я?