Владимир Эдуардович Казарян

Другие цитаты по теме

Мало быть умной и красивой, нужно, чтобы это трогало мужское сердце и вдохновляло его не только на любовь, но и на славные дела ради и во имя этой чудесной красоты.

Ум и красота без светлого и доброго сердца, что карета без лошади.

Если бы я согласилась искать в нем недостатки, я бы проиграла с вероятностью миллион процентов. Это дьявол неземной красоты. Черные-черные пряди волос небрежно лежали на лбу. Такие же черные глаза, словно два обсидиана, скрывали душу царевича. Говорят, что если посмотришь человеку в глаза, то поймешь его, но это был не тот случай. Сейчас я ощутила всю тяжесть его взгляда. Правильные черты лица, никаких шрамов на лице. Ни одного, что показывает то, что он в бой не рвется. Под хитоном были стальные мускулы. Но на его руках были едва заметные, почти затянувшиеся раны. Мармарский царевич был столь красив, что Нанна рядом с ним показалась бы бледной поганкой. Это не была просто красота, это было что-то большее. Мужественность, поза, в которой он стоит и взгляд повелителя…

Она была как кукла: «Люби меня, люби меня, люби меня»... И я любила.

Красоток он воспринимал точно так же, как адвокат — телефонные звонки. Чего от них можно ждать, кроме неприятностей.

Не разница в возрасте отделяла ее от меня, – мы были почти одних лет, хотя она, разумеется, казалась взрослее; нет, неприступность, сквозившая в ее красоте и во всем ее обращении, – вот что мучило меня в разгар моих восторгов и несмотря на уверенность, что наша покровительница предназначила нас друг для друга. Бедный мальчик!

Мы утратили способность отвлеченно воспринимать красоту.

Люди обращают столько внимания на внешность. А когда привыкнешь к человеку, тебе уже не важно как он выглядит. Кто-то красив, кто-то не слишком. Не это главное.

Я не могу себе представить красоты, не связанной с несчастьем.

Художнику стоит общаться лишь с теми, кто красив и в то же время bête. Когда на таких людей смотришь, отдыхает твой глаз, а когда с ними беседуешь, отдыхает твой мозг. Мужчины-денди и женщины-душки — вот кому принадлежит мир. По крайней мере, должен был бы принадлежать.