Иногда жертвы бесполезны. Глупый альтруизм не принесет нам победы. Но без помощи, когда она необходима, далеко мы не уйдем.
Когда спутник один, проще... И можно уличить время. Теперь они втроем будут ждать, пока я... Умру от стыда.
Иногда жертвы бесполезны. Глупый альтруизм не принесет нам победы. Но без помощи, когда она необходима, далеко мы не уйдем.
Когда спутник один, проще... И можно уличить время. Теперь они втроем будут ждать, пока я... Умру от стыда.
— Давай покажу, как надо поиздеваться над трупом курицы, что получилось вкусное фрикасе.
— Что?
— Рагу.
— Так бы и сказал. Зачем так пафосно?
— Слушай, курица умерла, между прочим, можно и уважить птаху. По-моему, большая разница, что будет в эпитафии. Пошла на банальное рагу или скончалась ради фрикасе.
— Ты не забыл мою печать?
— Она здесь, в сумке, господин.
— А еду? Ты не забыл еду?
— Еда в другой сумке, господин.
— А какая, ты проверил? Все кругом хотят обмануть. Курицу положили?
— Да, господин, курица жирная и свежая... Я проверил. Пахнет хорошо
— Вот ещё, негодяй, нюхал мою курицу!
Проблема в том, что я сама не знаю, чего хочу. А когда ты не знаешь, чего хочешь, за тебя решают другие.
— Чем тебе нравится это место?
— Серьёзно? Из всех возможных вопросов ты задаёшь мне именно этот?
— Мне кажется, это многое от тебе скажет.
Люцифер снова отвернулся, смотря куда-то вдаль.
— Здесь я чувствую свою ничтожность, кажусь себе маленькой вошью в сравнении с этими громадными горами, этой пустотой. И всё это без магии — стоит себе такое величественное и молчит о своём величии. И в сравнении с адом здесь так холодно… так ужасно холодно… Это место — полная противоположность мне. — Он повернулся ко мне. — Вот почему мне нравится здесь.
Прошлое не переписать набело. Кровь и грязь можно стереть с рукава. Из памяти... нет.
— Макс...
— Да?
— Ответь...
— Да.
— Ты же не знаешь вопрос.
— Знаю. И ответ «да».
— Почему?
— Потому что я выбрал тебя. И всегда без колебаний буду выбирать тебя.
— Как он?
— Они хотели вставить ему кляп, потому что он слишком много шутил.
— A. То есть, как я понимаю, жить он будет?
— Если врачи его не убьют, то да.