— Григорий Черных, 16 лет, отец... Тут неразборчиво...
— А у меня отца нет. И не было вовсе.
— Григорий Черных, 16 лет, отец... Тут неразборчиво...
— А у меня отца нет. И не было вовсе.
— Когда отец маму разлюбил и в Италию сбежал, она... прямо в воду.
— Ух ты!
— Водолазы её три дня искали и не нашли.
— Почему?
— Говорят, когда от несчастной любви, то редко находят.
— Сколько убитая весила раньше?
— 75 кг.
— Считай 80. Известный факт: все женщины врут о своем весе и возрасте.
— Погоди-ка, на днях ты сказал официантке, что тебе 29.
— Мы плывем на лодке!
— У вас есть лодка? Где вы ее взяли?
— Вообще, это скорее самолет... наполовину... Мы на самолодке.
Хотя я постепенно преодолевал благоговейный страх перед строениями, преобладающими здесь, в Блуте, это местечко меня пугало. Я видывал менее прочные на вид горы!
Народ стал невероятно серьёзный. На юмористическом мероприятии в любой момент можно услышать «Это неправда!» Ясен хрен, это неправда, это юмористическое мероприятие. Орать на юмористическом мероприятии «Это неправда» — это как прийти в стрип-бар и кричать «Она меня не любит!»
— Ты соответствуешь моему чувству прекрасного. Ангельская красота и демоническая безнадежность. Понимаешь, о чём я?
— Ты хочешь меня трахнуть?
— Может быть. Но я выражаю это несколько поэтичнее.
— Девочки, давайте выпьем, за детей! Дети — это цветы жизни!
— Иногда это единственные цветы, которые подарит тебе муж после свадьбы!
Баба, фраер, чисто мент — пирожок для вора,
Келешуй, браток, момент, вот тебе контора,
Замутить их надо в дело, чтобы рыбку съели смело,
И рамсы втереть умело, что к чему.