Бывает, что трансляция «Яндекса» собирает большую аудиторию, чем, например, «Первый канал». Но «Яндекс» не соберет у экрана всю семью. А «Первый» собирает. Это один из столпов телевидения — способность собирать у экрана семьи.
Оно может учить и просвещать, и даже вдохновлять, но только до тех пор, пока люди будут использовать его соответствующим образом. В противном случае — это не более, чем ящик с проводами и лампочками.
Интернет сломал кости старым медиа. Люди, которые по‑настоящему популярны, остаются в интернете надолго. Посмотрите телик. Там всё время мелькают человек семнадцать. А в интернете тысячи разных талантливых ребят — рэперов, музыкантов. У каждого есть свои поклонники — своя аудитория. А у телевидения и радио аудитория с каждой секундой уходит.
Сдерживать свое тщеславие — это искусство. В то же время, это неотъемлемая часть нашей профессии. Иначе мы бы все торговали селедкой.
Что касается всех этих телевизионных шоу, вы же понимаете, что в режиме ежедневного выхода многочасового отстроить идеально выстроенный диспут, при этом в прямом эфире, да ещё со своими оппонентами, вообще невозможно. Это же не научная конференция, это драка. Адекватное ток-шоу сделать нельзя, потому что вот этих всех людей, которые вам не нравятся, приглашают не только для того, чтобы они там излагали свою позицию, а и для того, чтобы они делали скандал. Потому что это шоу, потому что шоу нужны рейтинги, потому что это телевидение... Можно пригласить пять-шесть очень умных и воспитанных людей, которые действительно аргументированно будут друг с другом дискутировать, но я вам скажу простую вещь, не обижайтесь — вы это смотреть не будете! Не будете!
Торричелли также составил первое научное описание ветра и дал лирическое объяснение нашего места в атмосфере: Noi viviamo sommersi nel fondo d'un pelago d'aria («Мы живем, погруженные на дно океана воздушной стихии»). Но когда дело дошло до описания дождя и разговоров о нем, ни наука, ни беллетристика так в полной мере и не смогли выразить эту идею столь четко. В силу своей хаотической природы дождь относится к тем элементам погоды, которые труднее всего измерить – и даже просто назвать.
А ты в курсе, что вороны очень умные? Они приспособились к людям, как крысы и тараканы. Они поняли, как нас понимать.
БРИКС — это зонтичная структура, и из неё ни одна страна не захочет выйти, престижная, основанная на русских технологиях, китайской рабочей силе, индийских и южно-африканских средствах и бразильских ресурсах. Там нет ни европейцев, ни американцев, только развивающиеся экономики, являющиеся основными важными на континентах. БРИКС будет развиваться долго, но это надежная и эффективная структура, что доказывают все американские и европейские печатники, перед каждым саммитом пишут, что его нет. Благодаря БРИКСу G20 стало более надёжной площадкой переговоров, чем старая G 7. В западной прессе каждое упоминания G20 выражается в её бесполезности и количество этих публикаций неуклонно растёт, но растёт так же интерес к ней у что-то представляющих собой в мире государств.
Вопреки «религии бедных», в ней обделены именно «бедные»; а Христос, сказавший: «Приидите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Аз успокою вас», — на самом деле, когда они «подошли» — не подал им ничего, кроме камня. Кроме своих «притчей», вот видите ли... И кроме позументов; золота, нашивок митр пап, патриархов, митрополитов, архиереев, иереев... Обман народов, обман самой цивилизации тем, кто её же, эту новую европейскую цивилизацию и основал, так явен, так очевиден стал во всем XIX веке, что у Достоевского же вылилась другая содрогающая формула. Формулы этой нет у Маркса. И — оттого, что Маркс — узок, а Достоевский — бесконечен. Маркс дал только формулу борьбы, а не формулу победы. Он дал «сегодня» революции, а не «завтра» уже победной революции, которая овладела городом, царствами, землею. Он дал формулу «приступа», — «пролетарии всех стран — соединяйтесь», — «штурмующие колонны буржуазии — единитесь всемирно»... Но что же дальше? За штурмом? Победно знамена шумят…
Cлайд с цитатой