Словами часто угрожают в гневе, но это — крик пустой. Вернется разум и вздорные угрозы отпадут.
Труды во имя близких не следует и почитать за труд.
Словами часто угрожают в гневе, но это — крик пустой. Вернется разум и вздорные угрозы отпадут.
Только боги ни старости не ведают, ни смерти. Все прочее у времени во власти. Скудеет почва, и слабеет тело, сменяется доверье недоверьем, — и в чувствах не бывают неизменны ни к другу друг, ни к граду град, — узнают когда-нибудь всю горечь неприязни, а после вновь почувствуют приязнь.
Когда твою настойчивую просьбу не выполняют, не хотят помочь, и вдруг потом, когда прошло желанье, исполнят всё, — какой же в этом прок? Тогда тебе и милость уж не в милость.
…Гнев может изменить вас, превратить вас, сделать из вас, вылепить из вас кого-то другого. И тогда единственной видимой стороной этого гнева будет тот человек, которым вы стали, но есть надежда, что этот человек однажды утром проснется и поймет, что он может продолжить свой жизненный путь.
Ты чувствуешь? Гнев висит в воздухе. На земле, на вещах, которых касаешься, – как мрачная угроза.
Некий крестьянин, купив на рынке пару отрезов ткани на платье детям, по дороге домой вынужден был ввязаться в спор со своей сварливой женой, которая утверждала, что продавец отрезал материал ножницами. Сам же крестьянин видел в руках продавца нож, а потому никак не мог согласиться с мнением жены. Так они, пререкаясь всю дорогу, достигли моста через глубокую реку, где спор перерос в откровенную ссору.
Муж не выдержал и, схватив жену за одежду, прокричал:
– Послушай, женщина! Говорю тебе – это был нож. И если ты сейчас же не согласишься с этим, я сброшу тебя с моста!
– Это ты слушай и наматывай себе на ус! Даже если сюда явится твой покойный отец со всеми твоими покойными предками, вам всё равно не удастся убедить меня, что это были не ножницы, – визжала в ответ жена.
Эта дерзость стала последней каплей, переполнившей чашу терпения мужа. В гневе он сбросил жену с моста в самом глубоком месте реки, и её воды тут же сомкнулись над строптивой женщиной.
Через минуту, когда стало ясно, что женщина уже не выплывет, гнев мужа несколько остыл, и он начал сожалеть о своём поступке, из-под воды вдруг появилась рука, которая напоследок жестом показала, что это были ножницы, и исчезла под водой уже навсегда.