Холодный голос Темного Пассажира успокоился, а я снова мог стать тем, кто я есть. Ловкий, забавный, беспечный и мертвый внутри Декстер.
Если когда-нибудь поймают этого парня в мокасинах седьмого размера, то скажут, что он был плохим человеком, который пошел по кривой дорожке из-за социальных сил, которым он так неудачно сопротивлялся, и посадят его в тюрьму на десять лет, а потом выпустят, и денег у него будет достаточно на костюм и новую пилу.
Я не вызываю симпатии. Следуя плану Гарри, я пытался завязать отношения с другими людьми, даже – случались и такие глупые моменты – любовь.
– Куда мы едем?
– Так, надо проверить, не нужен ли я им.
– У тебя разве нет пейджера?
– Они не всегда понимают, что им без меня не обойтись.
– Кто вы такой? – прошептал отец Донован.
– Начало, – ответил я. – И конец. Познакомься со своей смертью.
Деб – единственный на свете человек, которому не плевать, жив я или нет. По какой-то неизвестной мне причине она предпочитает, чтобы я оставался живым. Я думаю, что это неплохо, и если бы у меня были чувства, они были бы связаны с Деб.
Меня размазало между памятью и сном, и я не могу сказать, что из них привлекательнее.
Нет, правда: неужели весь мир сошел с ума? Что стало с людьми? Неужели все они только об этом и думают?
Сегодня она не выглядела счастливой. Конечно, она вообще не выглядит счастливой так часто, как раньше. Она ведь коп, а большинство копов не умеют притворяться. Слишком много времени на работе, когда надо выглядеть человечно. Поэтому их лица каменеют.
Я ехал медленно, на несколько миль в час ниже разрешенной скорости. В Майами это как повесить на спину плакат «Вмажь мне!».
Cлайд с цитатой