Не открывайте своего сердца для зла, мадемуазель. Впустив его туда, вы уже не сможете повернуть назад.
Если кладёшь голову в пасть льва, не стоит жаловаться, если в один прекрасный день он её откусит.
Не открывайте своего сердца для зла, мадемуазель. Впустив его туда, вы уже не сможете повернуть назад.
Если кладёшь голову в пасть льва, не стоит жаловаться, если в один прекрасный день он её откусит.
— Есть те, кто ничего не забывает.
— Вы о слонах? Простите меня, я думала о них весь вчерашний вечер.
— Могу я узнать, почему?
— Потому что у меня в зубах застрял кусочек безе.
— Понимаю... пути логики неисповедимы.
— Безе. Зубы. Кости. Слоновая кость. Нужно искать слонов!
Зло даётся всем без труда, и оно многолико, тогда как добро, можно сказать, всегда одинаково.
Вы, злодейству которых не видно конца,
В Судный день не надейтесь на милость Творца!
Бог, простивший не сделавших доброго дела,
Не простит сотворившего зло подлеца!
Когда мы позволяем злу входить в наше сердце, оно становится больным, вскоре болезнь внутреннего человека начинает влиять на внешнего.
Немало таких, что словно опасаются творить благие дела, но не боятся совершать неподобающее, и менее всех достойны снисхождения те из них, кои умеют отличить добро от зла и понимают превосходство и преимущества добра. Ведь если упадут в пропасть зрячий и слепой, которых судьба свела в пути, то в этом виновен наделенный зрением, видящий дорогу, но не остерегшийся, слепец же не ведает, куда направляется.
Трусость самое гадкое и самое плохое из того, что может жить в сердце человека, потому как трусость позволяет злу существовать в этом мире.
Если ненависть не встретит на своём пути какой-нибудь благодетельной преграды, то может постепенно развиться в ненависть к обществу, к человеческому роду, даже ко всему существующему, и выразиться в постепенном, смутном и неутомимом желании вредить всякому живому существу.