Женщина дотрагивается не только до промежности. Поглаживание шеи, касание собственными руками пупка, груди и очертания талии. Да черт с ними, даже прикосновения к собственным складкам может быть безумно сексуально. Словив оргазм от собственных рук – Вы никогда не позволите другим хаять Вашу сокровищницу. Вашу Пандору.
И сжимая в судорогах нежные простыни, я изнемогала от горящего во мне огня страсти, что требовал своего выхода.
Ласки самой себе не способны удовлетворить столь воспаленный мужчиной рассудок. Оргазм за оргазмом, а после лишь ноющая усталость, требующая продолжения.
Забудут свои жертвы палачи,
Своих убийц не вспомнят жертвы лица,
Ещё не раз придётся крови литься,
Ещё не раз поднимутся мечи.
Я был у нее первым мужчиной, с которым она смогла почувствовать себя нужной, любимой... брошенной... преданной.. ненужной...
Спустя время, чувство влюбленности ударило молнией в сердце, и тогда-то я поняла, что лучше умереть, чем так жить. Кому понравится жить с человеком, которого любишь, но к которому не можешь дотронуться?
Жить в этом городе в злосчастные сороковые – добровольная каторга. Эшафот, на который ты идешь сам, и при этом, совсем не боишься того, что ждет тебя завтра. Можно сбежать. Можно скрыться. Можно просто забыться. Можно смешаться с потухшими вокруг людьми, и превратиться в серую массу, чтобы стать просто незаметным для власти, для ночных охотников, что ведут свою войну с теми, кто против нее. Жить здесь в это время – отсутствие силы воли, возможности, чтобы почувствовать новый воздух.
Да, она чувствовала себя рядом с этим мужчиной лучшей. Она знала, что, несмотря на его вздорный характер, скверные манеры, он тот, кого можно назвать крепким плечом. Он – ее демон, ее любовь, ее боль, слезы, ее наслаждение и ее смысл жизни.
Я мог бы полюбить ее всей своей душою, подарить ей сердце, и как обычно бывает в романтических сериалах – сыграть пышную свадьбу. Мы кидали бы букет белых роз в толпу ее подружек, и одна из женщин легкого поведения поймала бы его. Да, но что дальше? А дальше бытовуха. Да, она умеет сжирать. Вот только сжирает она супругов по-разному. Я помню, как в шестнадцать лет застал своего отца в постели с проституткой. Он не оправдывался, да и я не хотел это слушать. Осуждали ли я его выбор? Нет. Тем более сейчас, когда поглаживаю, нежное личико этой бесподобной женщины, которая так старалась доставить мне неземное удовольствие.
Мужчина нежно обнимает свою женщину за талию, и ласково гладит ее рукою так, что она задорно улыбается, ластится, как самая настоящая кошка. По его темно-карим глазам видно, как он млеет от ее игривости, и шального нрава далеко не шальной натуры.
Cлайд с цитатой