Сэр Джуффин Халли

Хорошо, что ты не остался вампиром, Макс! А то уж не знаю, как бы я тебя прокормил? Говорил бы по утрам Кимпе: «Пожалуйста, голубчик, камру и бутерброды для меня и кувшин крови для сэра Макса!» Пришлось бы понемногу извести всех соседей. Использовать служебное положение, заметать следы… Не гнать же такого толкового парня из-за сущих пустяков! Это я тебя хвалю, ты заметил?

Выглядел он незабываемо: мало того, что весь в нелепых бантиках, так еще и белобрысые лохмы торчат из-под тюрбана, глазищи синие, как у новорожденного котенка, и безумные, как у Орденского послушника в первые годы обучения. Одно слово, красавчик.

Когда нужно допросить нескольких женщин, Макс, лучше всего собрать их вместе. Каждая будет так стараться превзойти остальных, что непременно раскажет больше, чем собиралась. Проблема лишь в том, чтобы не сойти с ума от этого гвалта!

— Так вышло. — Мягко повторил Джуффин. — Некоторые люди имеют возможность всю жизнь наивно полагать, что они поступают так, как считают нужным, а некоторые лишены этой приятной иллюзии — и ты в их числе, по крайней мере теперь... Так вышло, Макс. Из этой фразы получился бы отличный эпиграф к любой человеческой жизни, ты не находишь?

Ничто так не выматывает, как добрые дела.

Уверенность в себе в сочетании с неуверенностью во всем остальном – краеугольный камень настоящего могущества.

Под этим небом рождается слишком мало существ, чьи желания имеют какое-то значение.

Чужая слабость, подлинная или мнимая, часто поднимает людям настроение, как будто она — свидетельство их собственной силы.

В чужую родину гораздо легче влюбиться, чем в свою собственную…